История охоты

Глава 3

Утро началось с самой страшной проблемы: что надеть?! С собой было только то, в чем я ушла из дома, да пара вещей впопыхах захваченных мамой. Скрипя зубами, пришлось нацепить древнее как мир платье. Как золушка, честное слово! Отражение в зеркале добило меня окончательно: эта «вещь» оказалась безнадежно мала и сидела как-то по диагонали, потрясая чрезмерно укороченным подолом!

Сегодня же пойду и куплю что-нибудь приличное!

Просверлив отражение недовольным взглядом, я неохотно выползла из комнаты застав Вика за разглядыванием портретов.

Старинные холсты в защитных стеклянных коробках, смотрелись в обычном коридоре обычного дома немного экстравагантно. Не замечая меня, Вик медленно побрел вдоль стены, застряв у одного из портретов.

На впечатляющих размеров полотне, небрежно опершись на перила, стояла женщина. Длинные темные волосы вопреки моде не были забраны вверх и спадали на плечи тяжелыми волнами; подчеркнуто простое платье и кружевная шаль только оттеняли ее аристократическую красоту.

А пристальный взгляд черных глаз и надменная улыбка выдавали привычку повелевать. Она была истинным Волком и до последних минут оставалась им.

– Нравится? – поинтересовалась я.

Вик кивнул, словно обдумывая какую-то мысль.

– Они все чем-то схожи. Чувствуется власть, сила, уверенность, и … не знаю, как это объяснить, настороженность что ли, как у хищника, – сказал он, взглянув на меня.

Я невольно улыбнулась точному сравнению.

– Но она, – Вик кивнут на портрет, – мне кого-то напоминает.

Я понимающе улыбнулась, и, перегнувшись через перила, крикнула:

– Па! Тебе не лень будет сюда подняться на минуточку?

Взглянув на удивленного Вика, я с трудом сдержала смех, нетерпеливо ожидая, пока папа поднимется по лестнице. До кое-кого медленно начало доходить.

Па весело улыбнулся:

– Экскурс в историю?

– Да вот, проводим идентификацию личности, – радостно поделилась я.

Отец понятливо пристроился под портретом. Те же глаза, те же волосы, неуловимо похожие черты.

– Как ты, наверное, уже понял, – подвела черту я, – моя прабабка!

Па грустно улыбнулся.

– Она осталась, чтобы могли убежать мы, а я вернулся. Тогда был уверен, что поступаю правильно, а сейчас понимаю, это едва не сделала ее жертву напрасной.

Мы, не отрываясь, смотрели на портрет.

– Асаху… Одна из последних…

Фраза повисла в воздухе. Каждый думал о чем-то своем.

Не понимаю, зачем папа это сказал. И про ошибку, и про род.