Последнее послание

– Брат Кэмерон, что вы имеете в виду, говоря «всяческих недоразумений в отношении нас»? – бросил один из монахов со сдерживаемой агрессивностью. – Что Антона убил один из нас?

Грейс без труда представила себе, как шокированные монахи крестятся.

– Совсем напротив, брат Рори. Я прошу об этом, потому что не хочу давать полиции ни малейшего повода усомниться в нашей невиновности. Если вы останетесь в своих кельях, вас не смогут заподозрить в том, что вы уничтожили где-то улики.

– Брат Кэмерон, ты скажешь нам, что случилось с Антоном? От чего он…

Голос сломался, послышался всхлип.

– Значит, я был прав, что беспокоился, когда пришел к вам! – воскликнул брат Колин. – А вы мне ничего не сказали!

– Я только что узнал о случившемся, когда вы меня нашли, брат Колин. Я должен был сообщить эту страшную новость всем членам общины одновременно. А теперь идите по своим кельям, пожалуйста, и да поможет вам Бог.

Грейс поспешила пройти к жилым помещениям монастыря. На полпути коридор внезапно осветился множеством настенных ламп. Наконец-то восстановили электроснабжение.

Она торопливо вошла в келью первого монаха, которого намеревалась допросить. Тот скоро появился и вздрогнул, увидев в келье женщину с длинными каштановыми волосами, напоминавшую ему красавиц, изображенных Боттичелли, которыми он иногда втайне любовался. Она стояла, прислонившись ягодицами к его столу и скрестив руки на груди, а ее ореховые глаза обволакивали его немым ожиданием.

– Кто… кто вы? – пробормотал брат Логан с ошарашенным видом, отчего его худое лицо показалось еще более осунувшимся.

– Инспектор Грейс Кемпбелл из полиции Глазго. Закройте дверь, пожалуйста.

Грейс не сводила глаз со свидетеля, продолжая давить на него и не давая опомниться.

– Уже? Я полагал, что…

– Присаживайтесь…

Длинный монах с негнущейся спиной опустился на стул, который Грейс поставила на середину комнаты.

– Мне известно, что это вы обнаружили тело. Вы к нему прикасались?

– Нет… – ответил брат Логан, грызя ноготь, потом принялся за другой.

Грейс расстегнула парку и откинула полу куртки, чтобы показать кобуру с пистолетом.

Монах выпучил испуганные глаза:

– Я ничего не делал, клянусь вам Господом нашим.