Александровские Кадеты. Смута. Том 2

Никто, ни один краском, товарища Сиверса не исключая, не задал Косте Нифонтову ни одного вопроса – кто он, собственно, такой, в какой пребывает должности и что вообще тут делает, не имея никакого отношения к штабной работе?

В седле Костя сутулился, словно только что выучившись верховой езде, будто и не было всех этих лет в корпусе, с обязательной выездкой, с умением скакать даже и без сбруи.

Но сейчас штабные глядели исключительно вперёд, на разворачивающую атаку «ударных пролетарских частей».

На самом деле никакими «пролетарскими» они не были – обычные номерные полки старой армии, лишившиеся своих названий и численных обозначений, получившие новые знамёна да новые петлицы. Многим не хватило латунных треугольников, квадратов или «шпал» на петлицы, и знаки различия просто рисовали краской через трафарет.

Но трафарет или нет, а в атаку они поднялись хорошо, дружно. Пока артиллерия продолжала обрабатывать гребень цепи холмов, пехота одним броском преодолела низину, задержалась, накапливаясь перед решающим натиском.

К Ирине Ивановне подал своего коня Павел Егоров – бывший начальник Харьковского военного округа, а затем – начдив; в начдивы он попал, не поладив с властным и жёстким Сиверсом, однако теперь вот оказался возвращён в штаб – шептались, что по личному указанию товарища Троцкого.

– Всё идёт хорошо, не так ли, товарищ Шульц?

– Всё хорошо, – кивнула Ирина Ивановна. – Белые не ожидали такой мощи нашего огня, это ясно. И не ожидали здесь удара.

– Почему вы так думаете?

– Потому что иначе бы постарались открыть ответный огонь шрапнелью по сосредоточенной пехоте, – показала Ирина Ивановна. – Не надо было им там задерживаться, скопились, замедлились… Грамотный и готовый к отпору противник накрыл бы их прямо сейчас, нанеся нам потери ещё до начала настоящего боя.

– Хорошо б, кабы так…

– Да вы сами посмотрите, товарищ член военного совета.

И точно – артиллерия била теперь куда-то в глубину, накрывая тщательно разведанные цели (списки их Ирина Ивановна самолично рассылала командирам-артиллеристам); над головами поднимался воздушный шар артиллерийских наблюдателей, снабжённых телефоном, дабы по прямому проводу корректировать стрельбу.

А пехота красных частей встала во весь рост, взревела дружно старорежимное, но по-прежнему действенное «ура!» и, наставив штыки, устремилась вперёд, прямо вверх по склонам разбитых тяжёлыми снарядами высот.