Лучший друг старшего брата

И верить ему на слово сложно, потому что он субъективен в своем мнении. Но в моих силах выполнить свою работу безупречно, вложив душу, и тогда их мнение обо мне изменится.

– Я бы предложила вам рассмотреть скандинавский стиль. Он предполагает много света, светлых и однотонных цветов, много натуральных тканей и материалов. Вот смотрите, у меня есть такие образцы, – я кликаю папку с готовыми проектами и поворачиваю ноутбук к Тимуру.

Он внимательно изучает проекты, уточняет детали. И, мне, конечно, сложно судить, так как на лице мужчины не отражается ни единой эмоции, но, кажется, он доволен.

Мы с Тимуром еще общаемся некоторое время и обсуждаем детали. Делаю пометки в ежедневнике, и мне уже не терпится приступить к работе. Я приложу максимум усилий, чтобы сделать этот отель самым уютным, и чтобы он стал номером один даже у знаменитостей!

– Сколько вам лет, Эмма? – неожиданно спрашивает Тимур, когда я делаю последнюю запись.

– Двадцать три, – отвечаю растерянно, – а что?

– Вы очень талантливы и трудолюбивы.

Я в который раз за разговор с этим невероятным мужчиной покрываюсь румянцем. Но, черт возьми, как же приятно услышать похвалу именно от него!

– Спасибо, мне очень приятно.

Тимур бросает взгляд на часы и поднимается со своего места.

– Мне пора. Вот моя визитка, – достает из кармана пластиковый прямоугольник, – если возникнут вопросы, звоните. В любое время.

– Я провожу вас, – делаю шаг, желая обогнуть стол, но цепляюсь каблуком за ножку и падаю…прямо в объятия Тимура! Хорошо, что с реакцией у него все в порядке, и он ловит меня, мгновенно прижимая к стальному телу, жар которого я ощущаю даже через одежду.

– Любимая…– дверь без стука распахивается, и с порога раздается веселый голос Глеба. Впрочем, он мигом пропитывается яростью. – Что здесь происходит?!

Глава 7

Эмма

От Глеба прямо так и исходит волна гнева, ревности и желания выяснить отношения здесь и сейчас, при посторонних.

Я мгновенно вспыхиваю, становясь красной от кончиков ушей до пят. Но не от гневного окрика Глеба, нет. А к собственному стыду, от того, как вся эта ситуация выглядит в глазах Тимура: неуклюжая молодая дурочка и парень, который, не разобравшись, уже готов лезть на рожон. Мне стыдно. Безумно стыдно.

– Извините, – лепечу, теряясь в бездне темных глаз и млея от аромата парфюма и таких сильных уверенных объятий.