Случайная малышка от бывшего

Мегера перевоплощается в милую девочку.

– Извини, Динар. Я просто болею за дело всей душой и ответственно подхожу к своим обязанностям.

– Поговорим об этом в моем кабинете. После того, как вы с Костей решите вопрос со СПА. Настя, – переводит на меня холодный взгляд. – Ты тоже, вернись, пожалуйста. Нам нужно кое-что обсудить.

Глава 16

Настя

Нехотя плетусь за Динаром. Мне не нравится то, каким тоном он произнес последнюю фразу – предостерегающим. Такого Динара я не знаю и слегка побаиваюсь.

Рахимов уверенно входит в кабинет и сразу проходит к своему столу. Опускается в кресло и внимательно следит за мной. Я даже теряюсь от такой властности, но ловлю себя на мысли, что моему бывшему безумно идет кресло начальника, костюм и деловой стиль в целом. Он как будто рожден для этого.

– Присаживайся, Настя, – подбородком указывает на стул напротив. – Мы не закончили, и я хотел бы прояснить несколько моментов.

Динар листает бумаги перед собой, а у меня внутри все холодеет и покрывается ледяной коркой.

Но я вовремя вспоминаю, как он хладнокровно бросил меня, и злость внутри заставляет выпрямиться и расправить плечи.

Я ни в чем перед ним не виновата.

Я чиста.

После его эгоистичного поступка я все же нашла силы прийти в его дом и сообщить о беременности. Потому что посчитала, что так будет честно.

Но я и предположить не могла, что мы с Кукленышем будем ему не нужны. Так что, даже если Динар откроет мою анкету и увидит запись о том, что у меня есть ребенок, то его это больше не касается. У моей дочери другой отец. Хоть и он тоже оказался подлецом.

– Я все тебе сказала. Я увольняюсь. И это решение не намерена с тобой обсуждать.

Динар поджимает губы, с силой сжимает ручку. Вертит ее между пальцев и прожигает меня потемневшим взглядом.

Ох, как он мне знаком…

В прошлом я часто ловила его на себе, когда Динар был со мной не согласен или чем-то недоволен. Мы спорили, бурно и громко ссорились, а потом все обязательно заканчивалось в постели…

Динар откидывается на спинку кресла и улыбается уголком губ. Его глаза искрятся весельем, а мои щеки розовеют, низ живота тянет.

Он тоже вспомнил эти моменты. Руку на отсечение даю.

– Хорошо, я не буду оспаривать твое решение. Твое право.