Отверженный

Это в любом случае большая ответственность…

– Он – буйный душевнобольной, – повторил Биркан, снова впиваясь в неё тем самым взглядом, – для тебя опасно быть рядом с ним.

– У меня всё под контролем, – тяжело дыша, сказала Амисалла. – Ты сказал, что ценишь мой ум, Биркан. А если бы я была умна, то разве я сунулась бы к психически нездоровому человеку, не зная, как с ним сладить? Я умею готовить успокоительные настойки, и сам Ральмунд согласился делать всё, что я сочту нужным. Биркан, – она умоляюще заглянула к нему в глаза, вдруг начавшие сновать по комнате, не останавливаясь на ней надолго, – Биркан, пожалуйста, отпусти меня.

Если Ральмунд взбесится, Сомер и Оруэн мне помогут, они постоянно будут рядом.

– Оруэн Фолди? – неприязненно усмехнулся Биркан. – Сомневаюсь…

– Биркан! Долг врача – спасать чужие жизни. Пусть я пока не настоящий врач, но у меня есть знания и умения, и было бы ужасно, если бы я ими не воспользовалась, – медленно, уверенно и спокойно сказала Амисалла, взглядывая ему в глаза снова.

 – Многие не любят Принца; он действительно этого иногда заслуживает, но… Но он – такой же человек, как и мы все!

– Как и ты, – поправил её Биркан, и она сердито сказала:

– Хорошо, он – такое же разумное живое существо, как и мы все. На него тоже распространяется моя клятва. Я не знаю, что сказать родителям, Биркан, и я надеялась, что мне с этим поможешь. Я не пропаду, обещаю.

Поднявшись из кресла, Биркан ступил к ней навстречу по дорогому ковру, и она увидела, как вверх взмывает его могучая тёмно-фиолетовая тень.

Берта осталась сидеть на диване, но Амисалла чувствовала на себе её блестящий признательный взгляд.

Биркан положил обе руки ей на плечи, и она впервые всмотрелась в глубины его глаз, куда он никого из всех ей известных людей не допускал при ней. Но там она увидела нечто такое, что поразило её, выгнав всю враждебность к нему из её сердца. Он задал ей немой вопрос, и она так же немо на него ответила.

Там, где нет слов, нет и лжи. Биркан поверил ей, и она поверила ему. Ощутив острый прилив тоски, она крепко обняла его, снова начиная обливаться горькими слезами.

– Я буду приезжать, Биркан, обязательно… – шептала она, сжимая руки. – Правда, Биркан, приеду…

– Будь настороже, – сказал он, успокаивающе похлопывая её по спине, – и, если что-то пойдёт не так, сразу возвращайся.

– Всё будет хорошо, – с уверенностью сказала Амисалла.