Отверженный

Вы не понимаете, как это страшно: просыпаться утром и потом ждать, когда случится припадок… а ещё страшнее думать, закончится ли он, или я так и умру… неконтролируемым? Вы же врач! Вы должны знать, как это лечится!

Принц глядел на неё, словно на свою последнюю надежду, и уже ничто в его глазах, в его побледневшем и измученном лице не намекало на свирепого зверя, растерзавшего кабанов и мучившего Лиэса, заставляя его глядеть на развороченные внутренности. «Лиэс неправ, – решительно подумала Амисалла, и сердце у неё наполнилось теплом изнутри, – он не чудовище.

– Я постараюсь что-нибудь сделать, – ободряюще улыбнулась она Принцу и взяла его холодную руку в свою, – только пообещайте, что будете слушаться всех моих указаний.

– Всех? – протестующе выдохнул Ральмунд.

– Вы хотите вылечиться? – скептически приподняв брови, осведомилась Амисалла.

– Да! Да! Эти припадки меня доконают, леди Виллиэн, а я хочу жить, понимаете?

– Конечно, понимаю, – успокаивающе зашептала она, – успокойтесь, не кричите.

– Нет! – глянув на неё страшно запылавшими глазами, закричал Ральмунд. – Никаких имперских врачей!

– Но почему? Они куда старше и умнее меня, они…

– Они всё р-разболтают! – прорычал Ральмунд, и его рука, лежавшая в руке Амисаллы, налилась свирепой силой. – Всё пр-родадут… Я им не верю! Только Вы, больше никого!

– Не кричите, – холодно повторила Амисалла.

Принц недоверчиво посмотрел на её сжавшиеся в ниточку губы, в её решительно горевшие глаза.

– Да…

– Тогда, – она снова улыбнулась, – начнём лечение. Выделите мне немного времени, чтобы я предупредила опекуна и перевезла свои вещи во дворец.

– А Вы вернётесь? – подозрительно осведомился Ральмунд, и его смертельно холодные пальцы до боли крепко стиснули её запястье.

– Конечно, вернусь, – терпеливо успокоила его Амисалла, – врачи не бросают своих пациентов, Ваше Высочество. Вы можете приказать, чтобы госпожа Фолди нашла мне комнату поближе к Вам? Так я смогу контролировать Ваши приступы. К сожалению, у меня нет сейчас успокоительного, но к следующей неделе я смогу приготовить его сама.

– Но это слишком долго! – в нетерпении воскликнул Ральмунд.