Неудержимые демоны, или История женской войны. Книга третья

* * *

Дорап Гевала задвинул занавески резким движением в ту же секунду, как услышал вой оборотня. В Восточной части Империи, откуда наместник был родом, это считалось крайне плохой приметой. А он и без таинственных потусторонних предупреждений вынес немало ужасов и не хотел, чтобы те повторялись.

Дорап повелительно щёлкнул пальцами, из-за портьеры позади мгновенно выступил его горбатый слуга и склонился в угодливом поклоне.

– Ваша Светлость? – спросил он хриплым после влажной простуды голосом.

– Гроб готов? – тихо спросил Дорап тонким, ломающимся, как у юноши, голоском.

– Да, Ваша Светлость, – слуга склонился ещё ниже.

– Значит, завтра?

– Завтра, Ваша Светлость.

– Бедный Сиар, – пробормотал Дорап, отворачиваясь к окну и начиная обмерять шагами свои просторные покои, полные бархата, шёлка, золота и вообще всего того кичливого и броского, что одержимые тщеславием выставляют даже у себя в спальне, дабы не уронить себя в собственных глазах. – Такая смерть… – Дорап судорожно вздохнул и замер.

– Ваша Светлость, Вы обязаны, – напомнил слуга, чей нос уже почти касался пола. – Господин Сиар был Вашим племянником.

– Да знаю я, Фебад! Душу не трави! – вскрикнул наместник и хлопнулся в глубокое кресло, задрапированное тёмно-бордовой тканью. Снова отвернувшись от слуги, как будто тот не был достоин его внимания, Дорап принялся чесать свой подбородок, уже покрывшийся слоем приличной щетины, с таким ожесточением, как будто собирался содрать с него кожу.

В последние дни у наместника не было ни времени, ни настроения для ухода за собой. Гибель Кеблонского Трибунала и наиболее преданных сторонников полицейского режима в огне, ранение и скоропостижная кончина Сиара окончательно подкосили Дорапа. Он понимал, что больше у него нет сил терпеть. Он был готов отказаться от своего поста в пользу любого, кто захочет его принять, хоть бы даже это был какой-нибудь бешеный демон.

– Фебад… – простонал Дорап, потирая руки, – ну и что мне делать теперь? а?

– Ваша Светлость… – тихо проронил слуга и снова отступил в тень – ответа на этот вопрос он не знал.

Наместник выбрался из кресла, подступил к своему письменному столу и, вынув перо из полупустой чернильницы, поставил последнюю жирную точку в своём длинном письме к Фолди, которое он писал в течение всего того времени, что Сиар умирал в горячке, но никак не мог решительно окончить.