Чемоданы

Разделенный колоннами и легкими решетчатыми перегородками на несколько зон, ночной клуб занимал все пространство этажа. В центре было единственное хорошо освещенное место. Танцевальный пятак охватывал круглый подиум с металлическим шестом, который обхватила бедрами слегка одетая длинноногая девица в туфлях на огромной прозрачной подошве. Она томно стягивала длинную как чулок черную перчатку в такт ритмично вспыхивающим разноцветным софитам. Второй перчатки она уже лишилась. Программа действительно началась.

Танцующих не наблюдалось.

Часть столиков была занята. Публика выглядела достаточно разношерстной. Перед эстрадой выделялась компания солидных мужчин в темных костюмах и галстуках, заинтересованно созерцавшая стриптиз.

Вдалеке, у стойки бара, восседало на высоких стульях несколько мужчин и женщин. Они посматривали на огромный настенный телевизор, на экране которого со знанием дела мутузили друг друга два темнокожих боксера. Один из смотрящих за финальной частью избиения спортсмена в смешных розовых трусах с длинной бахромой был абсолютно лыс.

Или выбрит.

Зеленый просочился извилистой тропой между столиками к стойке бара. Заказал джин-тоник, взобрался на свободный табурет рядом с лысым и начал заговорщически озираться.

Наконец, он решился, посчитав момент удачным, и обратился к лишенному растительности соседу, делавшему вид, что он увлечен боксом:

– Как дела, Плешивый?

Плешивый резко повернулся, словно ждал вопроса. Повел хрящеватым носом с горбинкой и ощупал Зеленого взглядом хитрых зеленых глаз.

Ресницы у него были очень редкие и какие-то белесые. Так что только брови на его гладко выбритом лице держали последнюю видимую оборону. В его лице и даже позе просквозило барское пренебрежение. Откинув блестящий мослатый череп назад, он бросил:

– А, это ты, Зеленый? Да, знаешь, сначала было неплохо… – Плешивый закурил с помощью бармена, – а потом так и осталось. А что?..

Зеленый с готовностью улыбнулся, понимающе закивал головой:

– Дело есть. Миллиона на три, – прошептал он.

 – Долларов.

Плешивый затянулся. Зеленый наблюдал за его кистью с длинными пальцами, оканчивающимися гладко отполированными ногтями. Мизинец он отводил в сторону.

– А я думал – рублей. Суетишься, Зеленый. На жизнь не хватает? Михуй! – окликнул он пухлого бармена. – Поставь две, завтра, на шестого. Семь к трем.

Бармен подобострастно кивнул, пометил что-то в блокноте и вернулся к протирке стаканов. Боясь оставить их своим попечением.