Чёрные короли. Свинцовые небеса

Получается, двойное дело сделаем: и нойдманов уничтожим, и своих спасем. Медали нам обеспечены, – дембель удовлетворенно потер ладошки.

– Точно, – согласился капрал. – Только не будет никакой роты морпехов. Пришлют одного титана. В принципе, и его должно хватить. Лейтенант!

Я вскинул голову, заглядывая в глаза старика, наполненные тревогой.

– Витя, ты с нами? Я пойму, если откажешься. Все-таки моряк. Ты же знаешь: пехота своих не бросает. У нас так принято.

– Морячок, – протянул Сережка и хотел меня погладить, но не дотянулся.

– Конечно, я с вами.

– Отлично. Осталось разобраться, кто станет обладателем браслета. Вещица очень важная и нужная. Надо не потерять, – капрал в упор смотрел на Илью. Тот перестал улыбаться, осознавая важность момента, и сказал:

– Мне нельзя. Никак нельзя! Я молодой и хочу умереть героической смертью!

Старик вздохнул.

– Что еще удумал? Жить надоело?

– И вовсе не надоело. Просто я себя жалеть не буду в каждом бою! Мне медаль на дембель нужна.

– Понятно, – протянул капрал и тяжело вздохнул.

– Тебе тоже нельзя, – сказал Илья, – ты старый и можешь подохнуть во время перехода.

– Два наряда вне очереди, – будничным тоном бросил Прохорович.

– Есть, два наряда вне очереди, – гаркнул рядовой, и поинтересовался затем спокойно, – а за что?

– Просто так, если не понимаешь, что старших надо уважать.

Они посмотрели на Сережку, тот увлеченно рассматривал гриб на тонкой ножке с фиолетовой юбочкой в крапинку, и оба тревожно вздохнули одновременно.

– Выбрось, – посоветовал капрал.

– Ядовитый! – поддакнул Илья.

Сережка нерешительно покрутил в разные стороны гриб, забавляясь тем, как вспыхивает искорками юбочка и прижал гадость к груди.

– Не выкину. Красивый. Потом съем.

– Да после него руки надо мыть с мылом! – не удержался здоровяк.

– «Руки»! – назидательно хмыкнул старик.

– Выкинь! – в один голос сказали они.

Сережка отчаянно затряс головой, но сдался под натиском и выбросил гриб в кусты. Раздался хлопок. Яркая вспышка от взрыва разметала в стороны легкий кустарник.

– Ничего себе, – пробормотал Илья, и теперь они уже втроем смотрели на меня.

– Что? – нерешительно спросил я. Капрал ловко кинул мне браслет, и я поймал.

– Одевай. Тебе носить.