Чёрные короли. Свинцовые небеса

Оранжевое пламя, чадя черной каймой, жадно пожирало визжащих в камикадзевой атаке маленьких злых тварей. Солдат, стоящий рядом с капралом, устал смотреть на геноцид, выстрелил из плазменной винтовки и положил конец бойне. Синяя вспышка разметала животных, поваленные деревья, разбитое оборудование, останки товарищей почти до самого отсека, прочертив широкую черную полосу. Старый вояка под гробовое молчание перекрыл красный вентиль огнемета и осуждающе посмотрел на подчиненного. Остро запахло разряженным озоном.

– Что? – спросил тот нерешительно, опуская винтовку дулом книзу.

– Что сделал-то? – Суровый дядька теперь злился на него. Седые обвислые усы его мелко подрагивали, выражая полное негодование хозяина.

– Да зачем мучиться! – быстро возразил рядовой. – Раз, и готово!

– И сколько у нас зарядов осталось? – грозно спросил капрал.

– Нисколько, – солдат радостно улыбнулся, подмигивая мне. Тоже мне, заговорщик, друга нашел.

– И у меня половина от половины! – старик грозно посмотрел на меня, а я стушевался еще больше и оперся об палку, тупя глаза. – Ты что, не мог полежать? Я же сказал, что вернусь! Пехота своих не бросает!

– Я – моряк, – тихо напомнил я, переминаясь с ноги на ногу – тяжело стоять. Силы быстро уходили, смываясь непрекращающимся дождем.

– Ну ты… – слова у него подходящего не было, не сразу нашел, – лейтенант! Хоть бы не портил момент!

Я не успел ответить. В разговор влез задумчивый новобранец. Кадык на его шеи смешно дернулся. Цыпленок, да и только. Доходяга. Даже синий такой же.

– А их есть можно?

Капрал поперхнулся. Задумчиво сдвинул пилотку на макушку дулом огнеметом и на всякий случай переспросил:

– Это падальщиков-то?

– Ага.

– Протеин! – обрадованно засопел здоровяк и потянулся вперед, желая сделать первый шаг к обгоревшим тварям.

– Стоять! – оборвал его капрал. – Они товарищей наших жрали!

– А теперь мы их!

– Так можно или нельзя? – спросил с большой надеждой новобранец у меня и посмотрел печальными глазами. Я вздохнул. Странная троица. Взять того же капрала: мундира нет, тельник разорван, весь в саже, синяках и царапинах. Зато в пилотке. Самоуверенность так и прет. И дело тут не в огнемете.