Город шаманов

– Ах, сударь! – старик китайским болванчиком без паузы, качал укоризненно головой.

– Мальчишка обвинил меня в бесчестии и вызвал на дуэль. Я дал ему право выбрать оружие. Благородно с моей стороны? – я разгорячился и рубил кулаком воздух. – Конечно, он выбрал сабли и примиряться не захотел, – я вздохнул, потому что видит Бог, попытался сделать всё, что мог, и уже спокойно закончил. – Не люблю гвардейцев. Все беды от них.

– Кто ж их любит? – хрюкнул старик, пыхнул трубкой и откинулся в кресле. – Скверные дела у вас, обер-бергмейстер[2 - Обер-бергмейстер – штаб-офицерский горный чин VII класса.

]. Понимаете ли вы это?

– От чего же не понимаю? Поверьте, не сидел бы здесь, если бы не понимал – общество закрыто, гвардейцы в очереди стоят, желая в меня стрельнуть или сабелькой рубануть, – на меня вдруг нахлынула теплота и я растрогался. – Да, что там! Зовите меня просто, Иваном Матвеевичем, обойдемся без званий. Я хоть к вам и ненадолго, но постараюсь максимально стать полезным другом для вашего города.

– За то спасибо вам, господин любезный. Не хватает кадров. Да какой там у нас город! В Коле с одной стороны море, с другой – гора, с третьей – мох, а с четвертой – ох, – заворчал старик явно местной прибауткой.

Я поморщился.

– Так уж и «ох»? Довелось мне много «охов» повидать. А у вас тут красиво. Тихо. Всегда зима. Бело! Куда ни глянь – снег один, да дома редкие. Чему печалиться? В благодати живете.

Старик махнул рукой.

– Так, городишко! Понимаю, что вы жалеете нас. Спасибо на добром слове, конечно.

Но! Есть плюс – закаляет нас север. Тертые мы! Знаете, что про нас говорят? Кто в Коле три года проживет, того в Москве не обманут! Не знаю, почему господа офицера так стремительно бегут от нас и спешат перевестись? Ведь и четыре каменных здания есть, и две церквушки. В деревне столько много домов. Не сосчитать! Если бы не сожгли крепость, стояла бы и дальше Кола неприступным монолитом и оплотом севера, упираясь в северное сияние смотровыми башнями. Намозолили глаза изуверкам.

– Так у вас и общества, и людей нет? – осторожно спросил я. Не хотел я встречаться с обществом и стреляться со всеми подряд. – Пока ехали, ни одного человека не повстречал.

– Как нет? Зима ведь. Темно. Попрятались. Полярная ночь на дворе, многие местные лопари из веж[3 - Вежа – временное жилище коренного населения севера, шкуры на жердях.] своих не выходят в этот месяц. Но мы не такие. Мы – не дикари! У нас жизнь кипит. В приходе дети учатся.