ALOGICAL. Хроники свободного разума

Шкура бизона Гриши любезно и нежно шептала на ухо Петру информацию о достопримечательностях этого места:

– Посмотрите налево, обратите внимание на изящные канделябры из рогов контонийских сувалов с планеты Ит. Свечи, что на них установлены, это тоже продолжение рогов. Представьте себе вот, как и я – бизона, только размером с грузовик, а на рогах у него десятки таких горящих свечей, а за этими сувалами вечно в припрыжку скачат местные аборигены, похожие на сурков, залазают по свисающим канатам из шерсти на спину сувалам и зажигают от их рогов свои факела.

– Ясно – ответил Петр, – очень интересно.

– Посмотрите направо – продолжал любезный гид, – вы видите ледяные солнечные витражи с поверхности ледяного гиганта Осинис. Это тонкая ледяная корка, которая никогда не тает даже в разгар нашего лета, а лучи солнца, попадающие на нее, рисуют воспоминания, проходящего мимо витража существа, а если одновременно идут несколько существ, то их воспоминания вступают в союз и общаются между собой, выстраивая занятные истории и события.

Там он увидел как Меделина Гаруновна Фиобастас Экс-Первичная восседая на бизоне Григории мчалась на встречу металлическим голосам, а дети-старцы натирали яхту Петра Сергеевича на подводном паркинге дноскреба, который выстроила выпускница класса Кита Алексеевича, преподавателя Института Тюрем Квартир и Авиабилетов (ИТКиА), А ректор этого же вуза Негр Андрей в обнимку с драконом из меделиновой пещеры сидели на краю карьера наблюдая как строят свою карьеру отважные космонавты, попивая лунное вино.

– Ах как же хочется поделиться знаниями, – воскликнул Петр Сергеевич, насмотревшись на псевдоисторический ледяной мираж.

– А? Как это? – спросил бизон Григорий.

– Ну вот так же как ты, знаешь, что к чему и рассказываешь об этом тем кто не знает!

– А, но ведь я ничего не знаю, я просто вижу и рассказываю то, что видел.

– Ты очень мудр бизон Григорий, – похвалил искусственную шкуру Петр и, скинув ее с себя, вежливо попрощался: – Спасибо тебе дорогой Григорий, но мне пора, – он стоял перед массивной деревянной дверью.