Последний хранитель

Я начал со снарядов, развивающих силу, чтобы разогреть мышцы, поднимал камни, пробежал пару кругов с бревном, потом проскакал с этим же бревном по чурбачкам, врытым на разной высоте, все убыстряя и убыстряя темп. Взял два меча и начал бой с тенью, меня охватило какое-то упоение, я рубился с врагами, лучшая защита – это нападение, и я нападал, нападал и нападал, последний враг, последний удар – я вложил в него всю силу. Все, враг повержен, я опускаю мечи и прихожу в себя, медленно осматриваюсь вокруг.

Все, кто находился на площадке, замерли и смотрят в одно место, я тоже перевел туда взгляд и остолбенел. В горячке боя с тенью или воображаемыми врагами я перерубил один из столбов для отработки рубки, сантиметров пятнадцать в диаметре. Перевел взгляд на меч в моей руке… Это уже не меч, так, больше на бумеранг похоже, теперь его только в переплавку.

– Наверное, подрублен уже хорошо был, вот и развалился, – проговорил я для окружающих, хотя прекрасно видел ровный срез, идущий наискось.

Но мне просто повезло. Узнав, что я целый день ничего не ел, мне навалили целую миску каши, вернее даже – мяса, с ложкой каши для разнообразия. Дали несколько сдобных булочек, предназначенных на ужин для хозяина замка и его гостей, и кружку сладкого компота. И при этом страшно обиделись, когда я предложил им за это денег.

Оказалось, все просто, женщины узнали, что я защищал девочку подавальщицу, которую даже не знал, жестоко избиваемую ночной гильдией и гильдией кожевенников. И в порыве благодарности готовы были кормить меня любыми деликатесами. Им ведь тоже достается периодически, женщина всегда стояла ниже на социальной лестнице по сравнению с мужчиной, так почему бы не сорвать плохое настроение и злость на том, кто ниже тебя.

Плотно покушав, я спокойно пошел к себе в комнату, теперь с голоду я точно здесь не пропаду.

Глава пятая

Правитель тонгирцев хлопнул в ладоши, и тот же час перед ним возник слуга, с поклоном ожидающий приказа.

– Позови ко мне верховного шамана, пусть, как закончит возносить хвалу богам и духам предков, сразу же придет ко мне.

Слуга попятился и исчез так же быстро, как и появился. Ильторн бросил в рот виноградину и прилег поудобней.