Вождь из сумерек. Книга 2

– А разве ты прост? Звездой начал, звездой закончишь… но не окончишь…

– Загадками говоришь? Прибаутками? Говоришь, да не договариваешь.

– Отчего же? Все ясней ясного. Могилки твоей я не провидел. А заглядывал так далеко, как только мог. Даже жутко стало. Стая разве хранит?

– Стая, как стая… – недовольно пробурчал Стас.

– Не туда зришь. Ты очи к небу прими, тогда и разглядишь, – с укоризной пробормотал Почай. – Что под ногами увидишь?

– Шутишь?

– Отродясь не шучивал. Со стаей разве можно? А вот как стемнеет, так и подними голову, – оторвался от печи волхв.

– Зови уж Славом, как все.

– Можно и Славом. Язык не отсохнет.

Застучали за стеной подковы. От грохочущего гласа Войтика и за стеной не скроешься.

Распахнул двери, уперся ладонью в косяк.

– Ты мне стенку ненароком не свали, – забеспокоился волхв. – Развалишь избешку, а мне на улицу?

Пропустил мимо ушей.

– Так, так… Продолжаем нарушать безобразия, судари мои? И командир вам уже не командир, а пришей-пристебай? В смысле, кобыле хвост? Или как? – лексикон старшины Пискуна пришелся в самый раз для этой содержательной беседы.

– А есть? – быстро отозвался Войтик, с неподдельным интересом разглядывая волхва.

– Гонишь, командир? Или прикалываешься? – Толян живо выпрыгнул из седла и с ходу сгреб его в объятия.

– Ох, и нежная у тебя душа, Толян, – на лице принца появилась добрая улыбка.

– Да я чисто по жизни, типа, – смутился парень, с неохотой выпуская из своих лап Стаса. – Пусть обнимается. Какой базар? Не жалко. Мы же земляки.

Купава уже не робела. Подпрыгнула, повисла на шее. Прильнула губами.

– Веселин, а ты что, рыжий? Падай на командирскую грудь, – улыбнулся Стас.

– Я маленький, что ли? – ломающимся баском отозвался, багровея, Веселин. – Пусть Купава целуется.

– Правильно, Веселин. Ух, как кашей пахнет, – Войтик нагло потянул воздух, раздувая широкие ноздри. – С ног валит. Хозяин, не поверю, что вождь со всем управился. Он у нас не жоркий. Аки пчела, или птица небесная – клюнет, и сыт…

Почай ехидно сузил глаза.

– Может, и птица, но клюв велик. Но и тебе, детинушка, осталось. Не все склевал.

– Тогда почему стоим? Зови к столу, – заторопился Войтик. – Купава, отлепись от вождя.