Банкир на мушке

Мраморный пол был чисто вымыт. Вдоль высоких окон зеленели какие-то растения в кадках. Пустые вешалки в раздевалке сиротливо топорщились никому не нужными сейчас крючками. За облезлой конторкой сидела толстая грудастая вахтерша с тусклыми глазами. На ней был белый халат, от частых стирок приобретший несмываемый грязновато-желтый оттенок.

– Вы куда, мужчина? – встрепенулась она, нацеливаясь мутным неуступчивым глазом на Дынина. – К больным сейчас нельзя, после трех приходите.

– Мне можно, – уверенно заявил Дынин, неторопливо запуская руку во внутренний карман.

Вахтерша пялилась на него с нескрываемой подозрительностью, предполагая, видимо, что за пазухой у этого громилы вполне может оказаться бомба. Дынин давно обратил внимание, что в учреждениях везде понасажали таких же старушек, чтобы они перехватывали у порога возможных террористов. Дынин не мог воспринимать этого всерьез. Может быть, в этой терроробоязни был какой-то смысл, все-таки до южных районов от Плужска было рукой подать, но он сам мог с ходу придумать десять способов пронести в больницу хоть атомную бомбу, и никакая вахтерша ему бы не помешала.

Дынин считал все это несусветной глупостью. Ждете террористов, тормошите ФСБ, ставьте на выходе «рамку», вводите персональные пластиковые карточки. А что взять с этой старухи?

Впрочем, она не зря насчет него сомневалась – за пазухой у Дынина была хоть и не бомба, но табельный «ПМ» имелся. Однако достал он не его, пистолетом он вообще не любил пользоваться, в огромном кулаке Дынина пистолет выглядел как-то глупо.

Достал он удостоверение и сунул его под нос вахтерше.

– Оперуполномоченный из отдела по расследованию особо тяжких, – терпеливо пояснил он. – Теперь-то я могу пройти?

– Наверное, – немного поколебавшись, сказала старуха.

Дынин вошел в белизну больничного коридора. Здесь его мрачная фигура в помятом костюме смотрелась совсем уж нелепо, особенно когда он начал оглядываться, не зная, куда идти.

Кстати, совсем рядом виднелось окошечко, над которым было написано «Справочная», но оно было закрыто изнутри листом белой фанеры.

Дынин задумчиво почесал нос. Вот об этом он не подумал – заранее выяснить, где находится палата Шапошникова. Рассчитывал, что уж с информацией в больнице все отлажено. Но все оказалось как всегда.

Дынин очутился как бы на перекрестке – коридор уходил налево, коридор уходил направо, да вдобавок какая-то лестница вела наверх, и, как назло, поблизости ни одного человека.