Китан 3: Град на Подкове

Эльфийка встала с пня и, поправив юбку, подошла к друиду. Малиф благодарно кивнул, принимая от ночной убийцы флягу, наполненную родниковой водой.

– Что же вы смогли почувствовать? Впрочем, о чем это я. Вокруг идет война. Гоблины убивают друг друга. Думаю, леса наполнены многочисленными эманациями смертей.

– Не без этого. – Серьезно кивнул друид, возвращая флягу. – Но кроме смертей… Скажем так, мне наконец удалось определить тот источник темной магии, что я почувствовал в лесах седмицу назад.

– Очень интересно. – Глаза девушки загорелись любопытством, перемешенным с контролируемой яростью.

Любой темный эльф на физическом и духовном уровне ненавидел магию тьмы. Ненавидел любого, кто касался или применял подобную магию. Связанные с силами жизни, их раса отвергала тьму как нечто чужеродное, мерзкое, отвратительное. Так что реакция девушки не была удивительна. Га’г сам чувствовал нечто подобное, только в куда большем объеме. Ведь эльф прекрасно понял, что сейчас происходит в этих лесах и какие силы учувствуют в этой войне.

– «Семя мрака» – артефакт, способный осквернять мраком окружающее пространство, наполняя его эманациями сил бездны. – В полголоса произнес друид.

Эльф хмыкнул, наблюдая за расширенными глазами своей спутницы. Еще бы: не каждый день можно едва ли не столкнуться с редчайшим артефактом, применяемым в далеком прошлом, во времена, когда человеческие королевства вели постоянные войны с ночным народом.

В прошлом темные маги неплохо порезвились в битвах, оставив в воспоминаниях эльфов неизгладимый след – ненависть, прошедшую сквозь века. Одним из самых мерзких способов ведения войны на уничтожение, в руках темных магов и было семя мрака.

Этот артефакт является тяжелейшим в изготовлении и доступен к созданию лишь сильнейшим колдунам, достигшим вершин в темном искусстве. «Семя мрака» не раз применялось в войнах. Активировавшись, артефакт начинал испускать эманации силы самой бездны, пропитывая ими окружающее пространство: земля, растения, вода и даже воздух. Постепенно все становилось отравленным тьмой.