Чародей: Досье Петербурга. Досье 1–3

Это должно было бы меня насторожить, но я слишком устал, замерз и проголодался, чтобы задавать вопросы.

Еда пахла как настоящая, питье из меха пахло медом, и тоже было, вроде бы, настоящим, поэтому я с удовольствием принялся набивать желудок, вежливо поблагодарив своего непонятного хозяина. Когда же, наконец, я насытился и слегка захмелел (в мехе была медовуха), то голова, наконец-то, заработала.

– Прошу простить меня, за мои манеры. Я слишком замерз и был голоден, потому позабыл про правила приличия.

Хозяин, с легким прищуром, посмотрел на меня.

– Да я и так видел, что пока тебя в норму не приведешь – разговаривать с тобой бесполезно. Ну, что, Витторио, теперь уже все в порядке?

Ну, вот почему меня здесь знает каждый встречный, а я – не знаю вообще никого?

– Да, благодарю. У вас тут очень тепло.

И тут до меня дошло.

Видите ли, как ты ни старайся, но магии нужна основа. То есть, к примеру, если вы хотите разжечь костер, то, как минимум, для него необходимо чтобы что-то горело, а я ни разу не заметил, чтобы он что-то подкидывал в огонь.

– Костер ведь иллюзия? – вежливо поинтересовался я.

– Разумеется, – с улыбкой ответил он – но еда была настоящей.

– Плевать, – поморщился я – ваша иллюзия настолько теплая, что я готов и дальше в нее верить.

– Разумный подход, – одобрил он – кроме того, согрел я тебя и накормил – на самом деле, так что жаловаться тебе не приходится. Ну что, ты уже догадался кто я, или мне, все-таки, представиться?

– Если вам не сложно, конечно.

– Ладно, можешь называть меня Хведрунгом. Это имя еще не так заезжено, в последнее время. Кстати, здорово же ты влип, парень.

Хведрунг – так Хведрунг. Пока этот тип соблюдает приличия хозяина – я даже дергаться не буду.

– Ну, что есть – то есть. Меня в эту сторону направил Бабо Наттале… Сказав, что найду того, кто сможет вернуть в мой мир.

Повинуясь его жесту, костер стал меньше, и перестал отвлекать, однако тепло никуда не делось.

– Вот старый хрыч, – весело сказал Хведрунг – столько лет, а он все собирает себе новые имена. Но, да, он прав, я на это способен. И тебе придется уважить старика, ведь не так просто же он тебя ко мне послал.

Предчувствуя очередную пакость, я вздохнул.

– Он говорил про цену, которую я должен буду заплатить. Но без какой-либо конкретики.

Хведрунг очень заразительно рассмеялся.

– О, в этом я не сомневаюсь.