Чародей: Досье Петербурга. Досье 1–3

И я очень сильно сомневаюсь, что был устроен «отбор» среди агентств города… Вы прознали про то, что три мага устроили здесь сыскное бюро. И вы знали кто наши родители, поэтому и решили устроить проверку «магического поиска». Вы не позволяли касаться вас, чтобы я не понял, что вы чародей.

На его лице проступила усмешка.

– Неплохо. Что же, вы производите впечатление. Рад, что не ошибся в вас.

Я качнул головой в сторону Лёшиного кресла.

– Присаживайтесь. Нам предстоит серьезный разговор, и не думайте, что я от вас отцеплюсь.

Он вздохнул, и принял предложение.

– Что обещают стороны на встрече?

– Тот, у кого листы, просто так их не отдаст, но готов обсудить возможность. Другого я пока еще не известил. А теперь – ответьте мне, на кой черт вообще требовалось устраивать такой цирк? Если мое предположение верно, то вы все если и не одна и та же личность, то уж точно имеете полный доступ к памяти оригинала, а значит – вы знали, где находится журнал. И вы все знаете, что в этих записях. Так зачем ломать комедию?

Он поморщился.

– Я так полагаю, что вы еще не знакомы с магией в достаточной мере, чтобы понять суть процесса, который имел место быть… Давайте я попробую объяснить, если можно так сказать, на пальцах. Да, когда-то – был только один Иоганн Конрад Диппель, алхимик и чародей, который был достаточно талантлив. Некоторое время назад – нас стало пятеро. Скажем так, кое-что произошло, и мы разошлись в разные стороны. Двое из нас погибли, причем один – совсем недавно, и при смерти каждого из нас – к нам возвращается часть сил и воспоминаний, который обладал только погибший, так что до недавнего времени – мы действительно не знали о журнале.

– И вы хотите объединения…

– В целом – каждый из нас хотел бы, чтобы все воспоминания, и вся сила, принадлежали только ему, вы правы. Вот только каждый из нас – вполне живая личность, и каждый не хочет умирать.

Я покачал головой.

– Красиво. Но мне все еще неизвестно, что же с вами такое произошло.

Он скрипнул зубами.

– Наши общие воспоминания заканчивались на приеме организованном Джузеппе Джованни Батиста Винченцо Пьетро Антонио Маттео Франко Бальсамо. После него, проснувшись, мы обнаружили себя уже по отдельности.

Не выдержав, я расхохотался.

– Красивая диверсия… Что вы с ним не поделили?

Он кисло посмотрел на меня.

– А как вы думаете? Я отказался дать ему то, чего он так хотел, и потом этот наглец заявлял, что он все равно все получил.

Неожиданно я «подвис».