Чародей: Досье Петербурга. Досье 1–3

Зрение чародея – особенность присущая нашему виду, и многие ее называют «третьим глазом», «всевидящим оком», и еще бог знает как, но суть остается неизменной – Зрение показывает нам весь мир таким, какой он есть. Вы начинаете видеть не то, что вас окружает, а то, что есть на самом деле, хотя и не всегда это можете понять. Помимо этого, у Зрения есть побочный эффект – то, что вы увидели, навсегда впечатывается в вашу память так, что вы уже никогда не сможете от этого избавиться.

Считайте, что вам повезло, если вы увидели что-то прекрасное, но, к сожалению, наш мир далеко не самое уютное место, и вы можете увидеть такую дрянь, которой и названия то не придумать.

Сейчас же, оно показывало мне то, что передо мной, несомненно, стоял чародей. В спокойном, бело-голубом сиянии ауры периодически пробегали редкие красные всполохи, и легкий зеленоватый оттенок в районе головы – говорил о том, что у него начинается мигрень.

Я поспешно закрыл Зрение.

– Насладились? – насмешливо произнес он.

– Да, можно и так сказать… Вот только при этом еще больше запутался. Кто-то мне врет, а я не могу понять, в чем дело. И, если честно, за последние два дня, вы уже второй, кто представляется мне как Диппель, поэтому – не судите строго за то, что я ни вам, ни ему не буду верить.

Он усмехнулся, и, повесив плащ, сел в кресло напротив.

– Второй, значит… Ясно. Значит, возвращаемся к истокам. Я так понимаю, что он нанял вас, чтобы найти журнал.

– Вообще-то – нет. Он хотел, чтобы я помог ему вас уничтожить. Но, да, похищенные вами листы, которые лежат в соседней комнате, ему тоже интересны. Вот только по его словам – вы вовсе никакой не Диппель, а созданный им голем.

Мой собеседник расхохотался настолько сочно, что звук почти повис в воздухе, заполнив собой помещение.

– Голем, – сквозь смех смог произнести он – боже, этой игре уже двести лет, а мы все еще называем это так… Ладно, позабавьте старика еще… Что он еще вам наплел? Небось, про то, что это судьба, оказаться здесь в одно время со мной…

– Да, – кивнул я – что-то в этом духе.

Он вытащил из кармана платок, и аккуратно промокнул уголки глаз, вытирая выступившие от смеха слезы.

– Ладно, Витторио, давайте я не буду ломать комедию. Моих записей вам не видать как своих ушей, для начала. Во-вторых – я точно не голем. Довольствуйтесь тем, что я – Иоганн Конрад Диппель.

– Допустим.