Страна Семи Туманов

Возможно, она была где-то рядом, но вот где…? Стоп! Белый человек сказал, что это – «существо». Значит, оно одушевленное. Если животное не в счёт, из живых существ остается лишь человек. Но какой человек по утрам ползает на четвереньках, днем ходит, как все остальные, а вечером встает на три ноги? И откуда она берется, эта третья нога?

Размышляя, Даниэль не заметил, как облокотился на Волли. Собака сначала покорно терпела, потом, по-видимому, ей это надоело, и, обиженно хрюкнув, она улеглась на землю.

Разгадка пришла сама собой. Перед глазами Даниэля со скоростью узоров в калейдоскопе пронеслись кадры детства, когда он, крошечный, ползал по полу и весело гукал. За окном поблескивал нежный, отливающий розовым золотом, рассвет. Остальное довершило воображение. Вот он уже взрослый человек, правда, видит себя только со спины, но это неважно. И солнце высоко и ярко сияет над головой.

А вот на улице вечер. Солнце садится, окрашивая горизонт в мягкие пурпурные тона. И на фоне этой грандиозной игры умиротворяющих красок, удаляется к черте, разделяющей небо и землю слегка сутулый, степенный старик. Он идет, опираясь на трость. Вот она, третья нога!

Даниэль оттолкнулся от земли руками и поднялся на ноги. Отряхнув ладони, он поднял голову и твёрдо посмотрел незнакомцу в глаза.

– Это – человек, – тихо произнес он.

Взгляд темно-карих глаз стал серьёзным.

– Не думал, что ты так быстро найдешь ответ, – смущённо пробормотал белый человек. – Ну что ж, мой мальчик, я ещё раз убедился, что мы сделали правильный выбор.

– Утро, день и вечер – это, соответственно, наше детство, зрелость и старость? – уточнил Даниэль.

Белый человек кивнул.

– Это наше время, – глухо произнес он. – Время нашей жизни. Отгадав эту загадку, ты вплотную приблизился к своему времени.

– Не понял…

– На выполнение миссии тебе тоже отпущено время.

– Сколько? – Даниэль почувствовал, что опять пересохло во рту.

– Я думаю, ты и сам догадаешься. И вообще, старайся думать, как можно больше. Это прекрасно развивает мышление, делает ум более гибким и цепким. Смотри! – и он указал рукой на небо.

Даниэль глянул и замер, поражённый увиденным. Из-за серых, всклокоченных туч на него смотрели двадцать четыре лица. Причем, лица эти представляли все возрасты – от грудного младенца до глубокого старика.