От судьбы не уйдешь

Свой дом, фруктовый сад, почти новый «Москвич».

И снова наступили перемены в жизни Семёнова. Уволился из шахты, начал таксовать в Ташкенте.

Как – то днём на железнодорожном вокзале к нему подошли трое смуглых мужиков:

– Брат! Отвези в Рават! Заплатим очень хорошо!

– А где это?

– За Катраном – у реки Ляйляк!

– Не знаю этих мест – не поеду!

– Да это чуть больше сотни километров! Дорога неплохая – каменистая, идёт в предгорья Туркестанского хребта. Заплатим четыреста рублей!

Это было неслыханно! На шахте зарабатывали за месяц 200–300 рублей.

– Нет – не поеду!

– Братан! Ну, выручай! Пять лет не были дома – работали на золотых приисках. Разбогатели – будем дома жениться. На! – пятьсот рублей!

И один из «богачей» протянул Семёнову пять сторублёвок. Тот сдался:

– Ладно, чёрт с вами, поехали. Судьбы у нас общие – я тоже скоро поеду домой.

Дорога всё время шла в гору. Пошёл сильный дождь. Один из клиентов сидел на переднем сидении, а двое других сзади. Они переговаривались на тюркском языке. За десять лет, что жил здесь Семёнов, он достаточно хорошо уже стал понимать этот язык, но сейчас не стал вмешиваться в их разговор – и это спасло его! Мечты его были, как всегда, о скором свидании с мамой и родными местами. И вдруг Семёнов похолодел, услышав:

– Надо заехать за окраину Равата! Раньше там была кошара – вот здесь и прихлопнем его! А машина у него новёханькая – куш хороший будет! Лох! Попался на жадности.

Семёнов резко затормозил, и незнакомцы забеспокоились:

– Слушай! А не понимает ли он по – нашему? Что – то он на ровном месте тормознул.

На русском языке один из них спросил:

– Друг! Что это ты резко тормознул? Испугался чего – то?

Семёнов уже «взял себя в руки» и спокойно ответил:

– Машина новая – только привыкаю.

В машине воцарилось молчание. Семёнов, стараясь не выдать волнения, лихорадочно соображал:

– «Что делать! Вот попал – как кур во щи!»

Уже темнело. Дождь почти перестал. Он спросил:

– Ребятки! Вон, впереди, не ваш ли Рават?

– Да, он! Минут через десять приедем.

Впереди на дороге показалась огромная лужа, справа – отвесная скала, а слева, со стороны сидения Семёнова, крутой склон в ущелье.