В погоне за Призраком

Видимо, посты наблюдения за воздухом сообщили артиллеристам об изменении метеорологической обстановки и возможности неожиданного налета на станцию вражеских бомбардировщиков.

Северный ветер все более свежел. Майор застегнул шинель на все пуговицы и зашагал в сторону помещения дежурного по станции. У самых дверей он чуть было не столкнулся с пожилым железнодорожником, торопившимся куда-то.

– Никандр Филимонович! – обрадованно воскликнул Булавин, узнав в железнодорожнике главного кондуктора Сотникова, с которым неоднократно доводилось ездить не только в Низовье, но и в сторону фронта.

Сотников остановился, торопливо вскинул на рослую фигуру Булавина прищуренные глаза и, улыбаясь, приложил руку к козырьку фуражки:

– А, Евгений Андреевич! Здравия желаю! Если в Воеводино собираетесь, то мы через пять минут тронемся.

– В Воеводино, в Воеводино, Никандр Филимонович! – обрадованно проговорил Булавин и поспешил вслед за главным кондуктором.

– Ну что ж, пожалуйста, – отозвался Сотников, на ходу пряча разноцветные листки поездных документов в кожаную сумку, висевшую у него через плечо.

Повернувшись к майору, он не без гордости добавил:

– А берем мы сегодня, между прочим, две тысячи тонн!

Улыбнувшись и молодецки подкручивая седые жесткие усы, Никандр Филимонович пояснил:

– Погода-то выправляется вроде. Того и гляди фашистские стервятники нагрянут. Посоветовались мы с Дорониным и решили станцию разгрузить – забрать на Воеводино сверхтяжеловесный состав.

– А разве не Рощина дежурит сегодня? – спросил Булавин, хорошо знавший всех диспетчеров своего участка дороги.

– Да нет. Анне Петровне всякое смелое решение по душе. К тому же на наш счет у нее вообще не бывает сомнений, – не без гордости заключил главный кондуктор.

Разговаривая, он торопливо шагал по шпалам, с завидным проворством перелезая через тормозные площадки преграждавших ему дорогу вагонов, пока наконец не вышел к длинному товарному составу из большегрузных вагонов и платформ. Майор едва поспевал за ним. У выходного семафора мощный паровоз серии ФД обдал Булавина множеством мельчайших брызг сконденсированного пара, вырывавшегося из клапанов воздушного насоса.