Восьмое делопроизводство

Группе поручалось объединить все незаконченные дознания о вооруженных грабежах крупных денежных сумм в Петербургской и Московской губерниях начиная с декабря. И принять меры к прекращению указанных грабежей и аресту виновных. Столичным градоначальникам[14 - Москва тогда считалась столицей наравне с Петербургом и Варшавой.] и ОКЖ вменялось в обязанность включить в группу своих представителей. Остальным чинам министерства – обеспечить содействие.

– Кого вы видите от жандармов? – спросил у сыщика Курлов.

– Полковника Запасова.

Генерал поморщился:

– Он служит в Москве, зачем вам далекий от Петербурга человек?

– Мы с Дмитрием Иннокентьевичем вместе дознавали хищения на их железнодорожном узле[15 - См. книгу «Узел».]. И он показал себя выдающимся специалистом. Знание дела, связи, знакомства – все при нем.

– Хорошо, я распоряжусь, – быстро согласился товарищ министра. – А от сыскных полиций? Ваше поручение на контроле у премьера, можете требовать кого захотите.

Лыков хорошо знал чиновников для поручений и многих надзирателей и в МСП, и в СПСП.

Он имел собственные предпочтения, но считал более правильным, чтобы решения по персоналиям приняли сами руководители полиций. И доложил об том генерал-лейтенанту. Тот согласился и молча подписал приказ. Департаментские тут же удалились.

– Ну теперь держись, – сказал в приемной Зуев.

Алексей Николаевич бодро парировал:

– В первый раз, что ли, пропадать?

Уже вечером они с Азвестопуло наметили план действий. Следовало в первую очередь запросить все дела о нападениях.

И попытаться понять, есть в них система или нет. Какие из грабежей – дело рук одной банды? Сколько всего активных банд? Что известно об участниках? Что сообщила агентура? Алексей Николаевич поручил это помощнику и напомнил:

– Не забудь вставить в перечень Сашку Попа и его приятеля-бомбиста из Плоцка. Как там, кстати, дознание? Пленный не заговорил?

– Не того замеса человек, – с оттенком уважения в голосе ответил Сергей. – Иван Аринкин рецидивист, с понятием.

Молчит, как черноморский бычок.

– Припугни его сроком за нападение на полицейского чиновника. Проще говоря, на меня.

– Пугал, но без толку. У него побег с каторги – чем такого застращать?

– А молодой, что уехал с Южиковым? Петька-бомбист? О нем что-нибудь удалось узнать?

– Приметы самые общие, по ним установить личность не представляется возможным. Я показал парнишке, которого вы оприходовали, портреты из нашей картотеки. Более трехсот штук.