Случай в Семипалатинске

Не столько сапоги мне чистит, сколько помогает по службе. Ему еще год остался на действительной. Хочу, когда снимет погоны, предложить ему остаться. Сделаем из Паши джаркентского мещанина и назначим моим негласным помощником.

Скоро их и правда позвали. Позади юрты на костре кипела уха. Расторопный малый в партикулярном платье расставлял на столе деревянные миски и оловянные чарки. Русый, веснушчатый, он казался легкомысленным балагуром. Денщик притулил рядом бутылку водки и спросил у Ботабая с подначкой:

– Тебе тоже стаканчик?

Тот сердито зыркнул и ничего не ответил.

Аргын был серьезен, даже взволнован. Но его начальник не подавал виду. Он наелся ухи, дал насладиться отцу, русские выпили по чарке. Ботабай похлебал без особого интереса и ждал, когда можно будет начать разговор. К удивлению Лыкова, денщик сидел с ними за одним столом, пил и ел наравне. Видимо, он действительно был для сына важным человеком, если офицер сажал нижнего чина вместе с собой.

Только когда все наелись, Лыков-Нефедьев приказал:

– Докладывай.

Ганиев сразу начал с главного:

– Вася Окаянный не убивал капитана.

– Вот как? Ну, мы и раньше это подозревали. Дело рук англичан, все ясно.

– Не так уж и ясно. Появились новые сведения. Они указывают на Жоркина.

Подпоручик чуть не выронил чарку.

– Присыпина зарезал Яшка Жоркин? С какой стати?

– Иван Лаврентьевич у него опиумный караван перехватил.

– Ну и что? Чай, не первый.

– Не первый, – согласился казах. – Но очень крупный.

Жоркин много денег потерял. Вот и разозлился.

– Откуда такие сведения? – усомнился разведчик.

– Уголовники играли в пивной «Беловодье» на бильярде. Помнишь такое заведение?

– В бедняцком поселке? Присыпин говорил про него, что это притон.

– Так и есть. А мой человек подслушал. Ребята очень веселились и сказали буквально следующее: здорово Яков Севастьянович всех провел, капитана списал, а на Васю повесил. И теперь их караванам никто не помеха.

Лыков-Нефедьев задумался, потом протянул:

– М-м… Разговор в пивной… Это еще ничего не доказывает.

Сыщик энергично возразил:

– Важнейшие сведения очень часто так и приходят. Кто-то сболтнул, а освед услышал. Что тебя смущает?

– Иван Лаврентьевич сообщил мне перед смертью, что перевербовал одного из помощников Куныбая Каржибаева. И тот сообщил, что Куныбай замышляет убрать капитана. Причем так, чтобы было похоже на месть уголовников.

– И в чем противоречие? Резидент так и сделал.