Случай в Семипалатинске

Но попробую объяснить на пальцах. Он состоит из Джунгарии на севере со столицей в Кульдже и Кашгарии на юге со столицей в городе Кашгар. А между этими «гариями» расположились пустыня Такла-Макан и горная страна Тянь-Шань. Живут в Восточном Туркестане преимущественно мусульманские народы. Для Китая это дикая отдаленная окраина, которой трудно управлять.

– А как мы завладели китайской территорией?

– Просто взяли и ввели войска, в тысяча восемьсот семьдесят первом году. Тогда дунгане, то есть принявшие мусульманство китайцы, восстали против маньчжур.

И под горячую руку разорили русскую факторию в Кульдже. Мы тут же воспользовались этим. Захватили север Джунгарии, так называемую Илийскую область, а заодно и горные перевалы Тянь-Шаня.

– Николка, а для чего мы это сделали? Нельзя было наказать бунтовщиков, не захватывая их земли?

– Нам хотелось туда зайти, вот и нашли повод. Восточный Туркестан – удобный плацдарм для наступления хоть на Китай, хоть на Индию…

– А Снесарев говорит, что Индия неуязвима с севера и востока! – перебил сына Алексей Николаевич.

– Старая песня. Еще в тысяча восемьсот восемьдесят шестом году полковник Локкарт обследовал долину Читрала на памирско-индийской границе. И пришел к выводу, что крупные войсковые соединения русских не смогут пройти там даже летом. Я читал этот доклад.

– Вот видишь. А ты говоришь – плацдарм.

– Потому говорю, что не согласен с Локкартом и Снесаревым. Я сам проехал весь Тибет и знаю, что русской армии это по силам.

Даже горную артиллерию можно протащить. Особенно южнее Читрала, через Гилгит.

– То-то ты там чуть без рук не остался, – пробурчал папаша.

Сын машинально подул на белые кончики пальцев и продолжил:

– Так вот. Простояла наша армия в Илийской долине двенадцать лет, до восемьдесят третьего года. А потом мы ушли обратно за старую границу. Вместе с нами, опасаясь маньчжурского возмездия, откочевали в русские пределы шестьдесят тысяч дунган, казахов и таранчей[23 - Таранчи – прежнее название уйгуров.

]. Вот для последних наше правительство и выстроило прямо в чистом поле целый город – Джаркент.

Что было дальше? Китай вернул свои прежние территории и назвал их Синьцзян, то есть Новая линия. И теперь эта девятнадцатая провинция Поднебесной – жаркое место противоборства разведок: нашей, британской, китайской, японской, турецкой, а теперь еще и германской. Я – активный участник тайной войны.