Случай в Семипалатинске

Он финляндец и, как все финляндцы в нашей армии, карьерист. И Редигер тоже оттуда. Вот эти два чухонца и решали мою судьбу. Был бы я сейчас в отставке без прошения, если бы не Снесарев. Андрей Евгеньевич первым вслух сказал главное: Лыков-Нефедьев пресек проникновение в Памиры британского шпиона. И тому есть вещественные доказательства. Вот они и мстят… Свою точку зрения подполковник довел до начальника Генерального штаба. И пригрозил, что сообщит обо всем газетчикам, если меня выгонят со службы. Те охотно раструбят, как наши дипломаты идут в поводу у английских.

– Даже так? – поразился Алексей Николаевич. – Он сам сильно рисковал.

– Снесареву нет замены, но военному министерству на это наплевать, – с горечью сказал Николай. – Да, он подставил из-за меня голову под топор. Но тут уже обиделись большие генералы в Петербурге. Под давлением дяди Вити.

– Таубе ничего мне об этом не рассказывал!

– Зачем зря волновать занятого человека? Так вот. Генералы сказали Редигеру: что за лакейство перед британцами? Их шпиона поймали без штанов, а наказать вы хотите нашего подпоручика? Пусть лейтенантик руки не распускает.

– Пострадал, стало быть, за правду?

– Так и есть, папа.

– А что сделали с урядником?

– Тимофей Сиволдаев его зовут. Хороший строевик, но самолюбивый и вспыльчивый – вот и сорвался.

– Всего-навсего? – удивился питерец.

– Да ты что! Это хуже дисциплинарного батальона. Сменный Памирский отряд потому так и называется, что его состав меняется каждый год. Дольше людей держать нельзя: условия службы очень тяжелые. Так что Сиволдаев пострадал больше меня.

– А тот… Алкок, он успокоился? Подумаешь, протянули разок по хребту.

– Джон Алкок прислал мне вызов. Удар нагайкой от урядника он расценил как оскорбление третьей степени[20 - Оскорбление третьей степени – оскорбление действием, самое сильное, после которого принято биться до крови.

– А ты?

– Как раз в Кашгар меня и перевели с Памира. Я был негласным военным агентом при русском консульстве. Город очень любопытный, тамошний консул является главным резидентом наших секретных служб в Китайском Туркестане. При нем для охраны состоит полусотня казаков.