Пуля с Кавказа

Виноват – ждал вас завтра.

– Вины вашей никакой нет, – ответил Таубе. – Мы не хотели задерживаться в Петровске, и телеграмму высылать тоже не стали. Рад познакомиться; меня зовут Виктор Рейнгольдович.

– Алексей Николаевич.

– Благодарю; меня звать Андрей Анатольевич. Полностью к вашим услугам. Мне поручено князем Чавчавадзе подготовить экспедицию в горы.

Капитан производил хорошее впечатление. Мужественное, сильно загорелое лицо человека, не просиживающего в кабинетах. Рыжеватые усы, оспина на левой щеке.

Фигура крепкая, движения точные и энергические. Взгляд серо-зелёных глаз цепкий и немного отстранённый, закрытый. В душу себе, видимо, не пускает… В целом Ильин представлялся человеком серьёзным и, что называется, тёртым. Он был одного возраста с Лыковым.

– Вы коренной кавказец? – поинтересовался коллежский асессор.

– Точно так. Родился в Кутаисе. Ни разу в жизни с Кавказа не выезжал.

– Давно заведуете секретным отделением? Имеете ли военный опыт? – спросил подполковник.

– За участие в штурме Карса награждён орденом Святого Станислава третьей степени с мечами.

Отделением заведую скоро, как четыре года; объездил почти весь Дагестан.

– Там, куда нам предстоит путь, тоже бывали?

– Там не бывал. Это особое горское общество: богосцы. Они проживают вдоль Богосского хребта – самого труднодоступного места во всём Дагестане. Гора Эдрас, высочайшая в тех краях вершина, является базисом шайки; но где именно расположен лагерь, не известно. Русской власти там фактически нет.

– В восемьдесят пятом году ещё имеются места, где отсутствует русская власть? – сощурился барон.

– Имеется, – серьёзно ответил Ильин. – Одно-единственное место, но имеется.

– Как так получилось, что наша администрация туда не дотягивается? – спросил Лыков.

– Попадёте туда – поймёте, – вздохнул капитан. – Это как затерянный мир, неприступный оазис в горах. Проход в общество богосцев – только через перевалы. Они непроходимы большую часть года для всадника. Только пешком, с минимальным грузом и лишь два месяца в году.

В остальные десять месяцев, с августа по май, нельзя пробраться даже так. Если на перевале поставить пикет из пяти-шести человек, они смогут обороняться от полка…

– Такого не может быть. Абреки Малдая из Бахикли делают систематические вылазки, и не в течение двух месяцев, а круглый год. Значит, у них имеются для этого возможности. И перевалы вполне доступны.

– Вы отчасти правы, Алексей Николаевич, – вздохнул Ильин.