Рубежье 2

Был бы на его месте кто-то другой, после слов о возрождении точно бы выхватил глок и под его прицелом начал задавать много вопросов, но в Семеныче почему-то не сомневался. По-моему, это называется харизмой.

Мое недавно обретенное умение, проанализировав аромат, сообщило, что содержимое фляги – раствор этанола в воде, вредных примесей не имеет. Даже процент указало – восемьдесят два, а вот о полезности для организма почему-то умолчало.

– А это что за порошки? – увидел, что Семеныч вытащил из кармана несколько пакетиков и принялся добавлять их в мой стаканчик.

– В Рубежье, Мичел, кроме массы вредоносных, произрастают и весьма ценные растения. Собрав их при определенных навыках в нужный срок и заготовив по специальному рецепту, можно такого добиться! Да чего я говорю – сам смотри. Он подвинул стаканчик ко мне.

«Компоненты: этанол, вода, мелкие частицы растительного происхождения, подвергнутые неизвестной термической обработке. Оценка для здоровья – плюс 25 по десятибальной шкале».

«И что это значит? В два с половиной раза лучше лучшего? А в чем выражается польза? Выпьешь – и все недуги как рукой снимет?»

– Семеныч, а не выпить ли нам за здоровье? – не удержался я от напрашивавшегося тоста. Вот уж, действительно, тост «в кассу».

– Именно за него и выпьем, Мичел. Но не все сразу – сначала только одну треть.

– Да тут всего грамм пятьдесят…

– У каждого снадобья есть своя мера, и превышать ее не стоит.

Мы чокнулись, влил в себя малую дозу неизвестного лекарства.

Осознание того, что необычный попутчик является волшебником, сумевшим на моих глазах приготовить чудодейственный эликсир, прочно засело в голову, правда его пытались вытеснить некоторые сомнения… Например, с чего вдруг Семеныч решил поделиться со мной своими наработками, да еще забесплатно? Кто он вообще такой, чем закончится наша встреча?

– Мичел, сейчас может с непривычки закружиться голова, поэтому закусывайте.

Хотел возразить, что двадцать грамм спирта – не та доза, чтобы меня повело, но внутренние ощущения быстро подтвердили слова Семеныча. Мы принялись за еду. Особенно я, поскольку попутчик больше говорил, чем кушал.

– Рубежье таит много секретов, Мичел. Любой человек здесь поставлен в столь жесткие условия, что ему важнее всего сиюминутное выживание.