Кубанский огонь

 – По Высочайшему повелению! Понял? Сам царь его прислал, чтобы спасти город Екатеринодар от беды. Царь знает о тебе, о том, что ты дал сведения. Это добрая новость. Теперь тебя точно не повесят, раз Его Величество осведомлен о твоей помощи дознанию.

Кайтлесов стал меняться на глазах. В него словно вдохнули живительную силу.

– Аллах услышал мои молитвы! Я очень благодарен царю, так и знайте. Я все сделаю, чтобы доказать свою преданность.

– Очень хорошо, – одобрил слова арестанта Лыков. – Доказательства и впрямь понадобятся.

Если ты нас не обманываешь, я так и доложу государю. Послабление в приговоре тогда, считай, у тебя в кармане. Но ежели окажется, что ты что-то утаил или сказал неправду, тогда твое дело плохо. Видишь, судьба Кайтлесова теперь будет решаться не здесь. А в Петербурге. Она зависит от того, что я сообщу в столице.

– Клянусь творцом мира и господином Судного дня! Я готов!

Черкес ел Лыкова глазами, сразу сообразив, что его жизнь отныне в руках этого человека.

– Итак, начнем по порядку, с самого начала. Тех прежних допросов, считай, как будто не было. Открыто новое дознание, по воле царя. Поручено оно мне. Я чиновник особых поручений при министре внутренних дел, причисленный к Департаменту полиции. Обращаться ко мне надо «ваше высокородие».

– Слушаюсь!

– Где и при каких обстоятельствах ты познакомился с атаманом по кличке Варивода?

– Под ваш праздник. Как оно? Рождение вашего бога, вот. В «Шато-де-Флер» – правильно сказал? Я очень хорошо говорю по-русски, лучше всех в ауле.

Сам аульный старшина со мной советуется!

– Хорошо говоришь, продолжай. Кто вас свел?

– Мой кунак Альшаксит Бирджиев. Он хаджирет[27 - Хаджирет – так на Западном Кавказе называли абреков.].

Пришельцев, не дожидаясь вопросов, пояснил питерцу:

– «Шато-де-Флер» – увеселительное место наподобие «Аквариума». А хаджирета Бирджиева мы третий год не можем поймать. Он прячется в горах, сюда приходит редко.

– Откуда атаман достал карабины? – вдруг рявкнул статский советник.

 – Из которых вы стреляли в Новороссийске.

– Такие у казаков, ищите там, – ответил черкес, вжав голову в плечи. – Я нарочно целил мимо и никого не убил, клянусь Аллахом.

– Каждый арестованный говорит, что наводил в сторону. А на итог двое убитых и пятеро раненых. Кто же их тогда подстрелил?

– Атаман! Он очень злой, правда. Мы его боялись, хотя нас, нерусских, было много, а он один. Варивода… как шайтан.