Касьянов год

Мы тут, простите, за любую возможность цепляемся. Все ж вы, Алексей Николаевич, чиновник особых поручений Департамента полиции. Где-то кому-то словечко да замолвите. Вот. Это цифры, а не просто плач турка. Длина окружности Киева – пятьдесят одна верста. Площадь – сто девятнадцать квадратных верст. И на все это меньше четырехсот городовых… Чего же от нас требовать?

– Вы сказали, Витте игнорирует ваши письма? Почему? Неужели указанные цифры его не убеждают?

Полицмейстер ответил с крайним раздражением:

– А у нас и у них значения разные.

Представляете? Они оттуда, с берегов Невы, будто бы лучше нас видят, каким стал теперь Киев. Мы числим в городе триста тысяч человек, а они на пятьдесят тысяч меньше. А площадь, по их мнению, и вовсе сорок четыре версты, вдвое меньше Риги. Безумные люди… Киев, Киев! Огромный город, столица края. И будто бы только половина Риги.

– То есть Министерство финансов не включает пригородные слободы в городскую черту?

– Да. Но ведь это глупость! Жители Демиевки или Никольской слободы лишь ночуют у себя дома.

А днем все они здесь, среди нас. Как же можно их не учитывать?

– Конечно, глупость, – согласился Лыков. – Давайте ваши бумаги. Приеду в Петербург, попробую дать им ход. У Сипягина личные близкие отношения с Витте. Вдруг да получится убедить… Кроме того, я здесь как раз по просьбе Сергея Юльевича.

Киевляне сразу посерьезнели:

– Даже так?

– Да. Он просил Дмитрия Сергеевича разобраться с шумом вокруг вашего Меринга. Возможно, по итогам моей командировки я сам же и сообщу Витте, что узнал.

Мы с ним немного знакомы.

Цихоцкий засуетился и опять полез в стол:

– Вот еще предложения по усилению штата с доказательствами. Вы уж, Алексей Николаевич, там дайте ход. А то как в бездонную пропасть: пишешь, пишешь…

Но Желязовский вдруг заговорил о другом:

– Так значит, министр финансов обеспокоен письмом оценщика? Мы, если честно, придаем ему гораздо меньше значения.

– С тех пор, как Софья Спиридонова стала Витте, его интересует эта женщина, а значит, и ее муж.

– Но ведь они почти не общаются, – возразил коллежский асессор.

– Это так, – подтвердил Лыков. – Они и раньше не очень ладили. Когда в восьмидесятых годах Витте жил у вас в Киеве, то приемную дочь видеть не хотел, и та воспитывалась в институте. Десять лет назад Сергей Юльевич перебрался в столицу, где и началась его сказочная карьера. Там он обвенчался наконец с Иваненко-Спиридоновой, и они вызвали Софью к себе.