Фартовый город

Беглый в розыске, прибился к Меньшому Царю. Да так ловко, что скоро стал у него мазом над серыми[19 - Серый – то же, что и вентерюшник, то есть налетчик.]. Ловкий, сильный, большой отчаянности человек. Он теперь у Антипа главный боевик. По агентурным сведениям, именно Хан Иван убил в марте на Зеленом острове единственного в Нахичевани «ивана» Мисюру. А в апреле зарезал при налете купца Покорного. В нашей картотеке его нет, но мы располагаем приметами молодца. И вот, судя по этим самым приметам, один из тех троих, что резались в карты, – он.

– Хан Иван… – начал вспоминать коллежский советник. – В Москве есть Степка Хан, тоже никак поймать не могут. Кличку он получил за то, что родом из Новой Бухары. Может, и ваш маз тоже туркестанец? Надо бы послать запрос в департамент.

Тут появился Блажков:

– Вот они оба два! Ну, что накопали?

– Бежать вам, Яков Николаевич, за водкой, – ошарашил его питерец.

– Это почему?

– Да ваш Парамонов за чужой счет свою пристань углубляет. Наверняка Корди выяснил и начал скандалить, язык распускать.

Вот его и…

Начальник сыскной части отмахнулся:

– Ну вы скажете. Эту парамоновскую хитрость в Ростове даже уличные собаки знают. Нет тут никакой тайны, и казнить за такое смешно.

– Все знают и молчат?

– Ну, перемывают косточки Елпидифору Трофимычу, не без этого. Однако не забывайте, что Ростов – город торговый. Купцы заправляют всем. А у них мораль такая: словчил – молодец! Да и то сказать, сильно ли на этом наживешься? Несколько тысяч рублей мукомол сберег, задарма получит к осени глубокий рейд, который проходит мимо его амбаров.

Ну и что? Все равно другого пути к нахичеванской набережной нет и быть не может. Увы, Алексей Николаевич, тут вы попали пальцем в небо.

– Пусть так, – не стал спорить питерец. – Зато мы сообща придумали новую версию. Я с мастеровым одним нынче на пристани разговорился. Почему, спрашиваю, большие шаланды на приколе стоят, а маленькие работают? А мужик ответил: большим так и так сколь положено запишут.

– Вот это интересно, – оживился Блажков.

 – Я получал сигналы, что с этими дноуглубительными работами мухлюют, деньги на сторону уводят. Да не придал значения. Убийствами некогда заниматься, не то что… Значит, тут мошенничество?

– Скорее, вымогательство. Я побоялся близко к тем шаландам подходить, а Петр Павлович перекинулся с их рулевыми парой слов. И…

Блажков повернулся к подчиненному:

– Говори!

– Так что, дядя Яша, один из них по всем приметам Хан Иван.