Тень огня

– Опять ты?! Как… – Михаил не успел договорить, поскольку лохматый пес в одну секунду оказался на столе. В прыжке он задел своей длинной шерстью ручку ножа, и она с громким щелчком мгновенно ощетинилась десятками длинных шипов.

«Елки-палки лес густой! А если бы я попытался его вытащить? Тогда что, прощай, ручонка? Одни дырки бы от нее остались. Что здесь происходит?»

На иголках новоиспеченного «ежика» выступила бесцветная жидкость и начала капать на бумагу. Нож задымился, словно его облили кислотой, и уже через пару секунд от тесака осталась лишь струйка пара, которая ударила собаке в нос, заставив ее чихнуть.

«Вы нарушили правила!» – успел прочитать Михаил прежде, чем лист превратился в пепел.

«Ничего я не нарушал… Какие правила? Кто?» Сомов подошел к городскому телефону, собираясь набрать 02.

«И что я им скажу? Про вскрытую квартиру без следов взлома, в которой ничего не пропало? Или про агрессивный нож, едва не покалечивший своего хозяина, а потом испарившийся от стыда? Эдак могут и в психушку отправить.

Парень только сейчас догадался запереть входную дверь и снова направился к холодильнику. Пес по-прежнему стоял на столе, как на боевом посту.

«Сегодня явно не мой день. Может, завтра все переменится? Надо быстро чего-нибудь перекусить и спать». Михаил выложил на израненный стол по соседству с лохматым гостем банку пива, кусок сыра и полпалки сырокопченой колбасы.

– Ужинать будешь? – Зверь лапой подкатил к себе колбасу. – Я даже и не надеялся, что ты откажешься.

Взять другой нож из ящика Михаил не рискнул, потому воспользовался складным, который постоянно носил при себе. Сыр с пивом – не самая худшая еда, а собака – не худшая компания, если сравнивать с неизвестными налетчиками. Ужин прошел в напряженной тишине, нарушаемой только чавканьем пса.

– Ты как хочешь, а я буду спать. Мне через четыре часа вставать.

Сомову давно ничего не снилось, но сегодня все было необычно. Провалившись в сон, он оказался на узкой тропке в диковинном лесу. Первое, что бросилось в глаза, – кора странных бочкообразных растений, покрывавшая стволы в виде крупной голубоватой чешуи. Узкие чешуйчатые бочки достигали высоты более трех метров, заканчиваясь фонтаном из множества тоненьких прутиков.