Рубежье 3

 – Главное, мы к этим «элдешникам» на завтрак не угодили.

Заметил впереди метнувшуюся тень, и сразу последовал выстрел наставника, который поразил прыгнувшего гадоящера. Еще трех компаньонов здешней помеси змеи с ящерицей прикончил я.

– Вот тебе и трофеи, Дмилыч. Все, охота закончена, топаем обратно. И так из-за чужого завтрака много времени потеряли.

Охотно согласился. Еще не хватало из-за всяких крыс и косолапых недомерков возрождение гробить.

В гостевой дом по возвращении заходить не стали. Когда сдали трофеи, мне открыли двадцать первую ступень развития.

От приемного пункта прямиком отправились к полосе препятствий.

Больше месяца тому назад в Казачьем я впервые опробовал местное подобие тренажера, где нужно было бегать между выскакивавшими муляжами монстров, стараясь поразить их из специализированного оружия. Здесь также предложили взять тренажерное оружие прежде, чем выпустить на тропу.

– Кент, да тут ноги переломать – раз плюнуть, – я остановился на краю оврага, по довольно крутому склону которого вела дорожка.

– В том и вся суть, Дмилыч. Эта полоса требует максимальной сосредоточенности. Нужно на каждом шагу не только успевать заметить появление врага, но и выбирать место, куда ногу ставить. Двигай вперед, не создавай очередь.

– И сколько человек за тобой заняли? – ехидно спросил я.

– У нас еще поезд, – напомнил наставник.

Пришлось трогаться с места в карьер, точнее – по крутому склону на дно оврага. Идти под горку не получалось, скорее, это походило на бег с прыжками.

Выбирал ложбины, камни, и торчащие из грунта корни низких деревьев и кустов.

Первый муляж твари выскочил так неожиданно, что я в него едва не врезался. Выстрелил из карабина, практически касаясь стволом морды. Невысокий фанерный динозавр, ростом с меня, быстро скрылся в зарослях. Следующий монстр появился через несколько секунд, стоило обогнуть здоровый куст. Этого завалил с третьего выстрела, не сообразив сразу, что стрелять следовало в пасть, когда она открывалась.

«Тот, кто придумал эту полосу препятствий, явно не страдал человеколюбием.

Тропинка, ежели невзначай споткнешься, и без монстров способна убить, а тут еще… – выстрелил в полутораметровую сороконожку, покрытую шипами, потом пришлось через нее перепрыгивать, иначе бы ноги исколол – муляж был объемным. – Содомом тебя по Гоморре! Тут еще и скользко?!»

По глинистой почве стекала вода. То ли родники пробивались по склону, а может это была очередная задумка создателей полосы.