Магистры пятого знака

По крайней мере, те, кто еще останется на поле. Но тебе лучше не строить несбыточных планов, плыви по течению и не барахтайся. Я тебе не по зубам. А попробуешь идти против правил, я их перепишу персонально для тебя. Еще вопросы есть?

– Как тебя зовут? Неудобно как-то обращаться – «Эй, ты!» Но если боишься – можешь не отвечать.

– Твой вопрос к моей игре не имеет никакого отношения,– лицо исчезло вместе с ноющей болью в шее.

Не успел я осмыслить неприятную встречу, как из воды вынырнул тот самый окунь, который в прошлый раз перерезал канаты подвесного моста:

– Его зовут Вранк.

Не знаю, что еще собирался сообщить мне окунь, но разряд молнии с черной стороны речки ударил в двух шагах от полосатой рыбины.

Я сразу же проснулся.

Ночь за окном пока не собиралась сдавать свои позиции. С улицы доносилось уханье сыча, парочка котов громко выясняла отношения, где-то на окраине слышался лай собак.

«Значит, Вранк, говоришь? Что ж, знать врага по имени – уже хорошо. Дело осталось за малым: найти, где он живет, и выявить его слабое место». Пока я понял только одно: злодею нужны трупы магистров, погибших от рук себе подобных. Сразу вспомнились последние слова жертвы сегодняшнего поединка, исчезнувший со щита пятый крест и метаморфоза с телом убитого магистра. По крайней мере, одной загадкой стало меньше.

Любитель вершить чужие судьбы решил побаловаться с моей...

Я не привык быть игрушкой в чьих-то недетских играх да еще в качестве пушечного мяса или мясника. Надо срочно менять правила. «Даже пешка иногда превращается в ферзя. Главное в этом деле – создать соответствующие условия».

В предрассветных сумерках за стеклом мелькнула короткая тень, и на подоконник сверху упала кошка. Она пыталась удержаться на скользкой поверхности, но коготки не могли зацепиться за жестяной лист. Я бросился к окну, открыл створку и схватил животное за секунду до падения:

– Ты откуда свалилась, подруга? Ночные прогулки по крышам для таких маленьких – дело опасное.

Кошка слегка дрожала, но выглядела вполне здоровой. Погладив пушистый комочек, я снова устроился в кровати. «Ну их всех к черту! Вторгаются в чужой сон, пытаются командовать. Никаких условий для нормального отдыха».

До утра мне еще удалось немного поспать, уже без сновидений.

– Безобразие, еще один постоялец в комнате,– вместо будильника проголосил крогул.