Из чужого мира

Вы согласны, Антон Петрович? – Вчера мне все-таки удалось выяснить у Анфисы имя-отчество Мелехова.

Моя сестра тогда всего за пару минут сумела доказать, что ее брат – полное ничтожество, способное лишь жаловаться на жизнь и изводить близких. Меня, десятилетнего мальчишку, это сильно задело. Я не спал всю ночь, а на следующее утро отправился к знакомому ветерану, как-то предложившему научить меня драться.

Сейчас я попытался применить тот же метод, но результатов пока не наблюдалось. Видимо, к женскому полу нужен другой подход.

– Возможно, ты и прав, – после небольшой паузы согласился Мелехов.

– Да как ты смеешь меня оскорблять, бомж поганый, – окрысилась девушка. – Жизнью он, видите ли, рисковал. Думаешь, не понимаю, что ты спасал меня только ради денег?

– А ради чего еще стоило? Назови хоть одну причину. Считаешь себя красавицей? Так за этим слоем штукатурки цвета «вырви глаз» ничего не разглядеть…

– Деревня! Ты ни хрена не понимаешь в модной косметике. Кому надо – увидит.

– Надо что? Развлечься за чужой счет? Ради этого действительно пойдешь на любые жертвы… Но учти: ухажеры не переведутся лишь до тех пор, пока у тебя есть такой отец, которого ты своим поведением упорно пытаешься свести в могилу. И кому ты будешь нужна потом – Олегам из ночного клуба? Сомневаюсь.

– Да что ты вообще понимаешь в жизни, девственник позавчерашний? Если бы не я, до сих пор бы изучал теорию на пестиках и тычинках. А парни меня любят не за деньги.

– Час? Два? Или больше?

– Папа, ты долго будешь молчать и слушать, как он меня оскорбляет?!

– Он говорит правду, – мрачно произнес Мелехов.

– Ах, так? И ты считаешь меня пустышкой? Да я все сумею, если надо будет. Я…

– Ну и что конкретно ты умеешь? Чем можешь заработать себе на жизнь? – решил уточнить я.

– Я… пока учусь.

– Давно?

Она собиралась ответить, но ее перебил отец:

– Анфиса, мне уже передали, что ты полгода в академическом отпуске, так что врать не стоит.

– Я и не собиралась. – Она отвернулась.

Что это за отпуск, объяснил ее отец:

– Ее чуть не выгнали с первого курса. Если бы не тетка…

– Папа, прекрати меня унижать при постороннем! Да, я такая – мне не привили любовь ни к труду, ни к учебе. А кто в этом виноват?

– Браво! – Я даже зааплодировал. – Главное – найти виноватого, это ведь гораздо легче, чем пытаться что-то изменить самой. В общем, диагноз ясен.