Харон. Дом на другом берегу реки. Страшная сказка для взрослых

На секунду перед его глазами возник мирно сидящий у окна и покуривающий Палыч и падающие на него потолочные доски вперемежку с соломой, пылью и «бидончиком». Но, к счастью, этого не случилось, предмет упал и замер, словно его примагнитило к полу. Евгений же отделался испугом и несильным ударом об уже раненное бедро. Рефлекторно он схватился за ушибленное место и только сейчас почувствовал, что его штанина мокрая.

Он бросил взгляд на ладонь, она была в крови, вокруг разорванного места на брюках также образовалось кровавое пятно.

Забыв, зачем он залез на чердак, Евгений принялся задирать штанину, но она была не настолько широкой, чтобы это удалось. Он уже собрался было снять брюки, чтобы посмотреть на источник кровотечения, как уже было сказано, пораненная гвоздем нога в принципе практически не болела, в этот момент чердачную тишину нарушил грубый голос лесника:

– Сынок, у тебя тут все в порядке?

Евгений вздрогнул и, повернувшись на голос, увидел торчащую над стенкой сеней голову Палыча. Горе-покупатель, окунувшись в «приключения» на чердаке, даже не слышал, как тот вышел в сени и вскарабкался по лестнице.

– Да, все в порядке, – смутившись ответил он, – я тут о гвоздь немного поцарапался и вон, – Евгений указал на лежащий «бидон», – эту штуку случайно уронил. Ну и тяжелая она, зараза!

Палыч кряхтя залез на чердак и подслеповато щурясь подошел к Евгению.

– Э, брат, да у тебя кровь…! – Озабоченно покачав головой, констатировал лесник. – Может, к фельдшеру тебя отвезти?

– Да нет, – начал отмахиваться Евгений, – совсем не болит, брюки только жалко.

– Да? – Хитро глянув на него, уточнил Палыч. – Ну смотри…, а то могу к Наташке тебя отвезти, она хорошо лечит.

Переведя взгляд на «бидон», лесник усмехнулся.

– Какой же это бидон? Это ступа.

Евгений почувствовал себя не в своей тарелке. «Ну конечно же, ступа! Как же он сразу это не понял? Вот теперь будут думать о городских, но в первую очередь о нем как о придурке, который ничего о народной жизни не знает, и даже предметов быта», – подумал он.

– Причем старинная, – продолжал Палыч, – кованая.

Последнее слово он произнес кряхтя, так как нагнулся, ухватил ступу за край и без особых усилий вернул ее в вертикальное положение.

У Евгения от изумления отвисла челюсть. Он, молодой, не мог ее с места сдвинуть, а тут старик…

– Палыч, как Вам удалось ее поднять?! – Отрывисто произнес Евгений.

– Как-как? Руками, – ответил лесник и развел руки, будто бы демонстрируя их Евгению.