Порождение тьмы

Приветственное слово сказал Сол:

– Лонка, от лица всех мушкетеров прими поздравление с днем рождения, мы всегда рядом и все за тебя.

Маленькие братишки прокричали писклявыми голосами:

– Привет, Лонка. Смейся от души!

Затем лакомились превосходным тортом, слушали музыку, танцевали, пели песни… После праздничного обеда Илона проводила тетушку Атону, с ней она дружила, порой забегала проведать старушку, помочь по хозяйству. Она была уверена, что тетушку зря называли сплетницей, та строго, как в банковском сейфе, хранила доверенные ей некоторые тайны Илоны.

Тетушка Атона рассказала все городские происшествия. Она не часто выходила из дома, но каким-то чудесным образом знала обо всех событиях, будто на нее работала армия никому не известных информаторов.

Около дома стояла скамейка, на ней тетушка сидела в солнечные летние дни, наслаждалась теплыми лучами. Илона задала ей важный для себя вопрос:

– Тетушка Атона, расскажи, пожалуйста, как я появилась на свет?

– Ну, милая, – улыбаясь, сказала та, – ты уже большая, должна хорошо знать, как дети появляются на свет божий.

Вот ты скажи мне, милая, что за имена у твоих друзей – Сол, Атон и Лом, какие-то они не нашенские.

– У моих друзей не имена, а псевдонимы. А ты, тетушка, не уходи от ответа. Я знаю, как появляются дети. Расскажи мне, что происходило в то время, когда я родилась? Было ли что-нибудь странное, необычное, загадочное?

– Зачем тебе ворошить прошлое?

Илона обеими руками ухватила руку тетушки, погладила ее, заглядывая в глаза:

– Тетушка, расскажи, пожалуйста, мне очень нужно знать.

– Куда от тебя денешься…

Тетушка Атона несколько минут помолчала, вспоминая давние годы и собираясь с мыслями, затем произнесла длинную тираду:

– До самого твоего рождения у твоей мамы не видно было живота. Никто, и я в том числе, понятия не имел, что она носила ребенка. Перед твоим рождением что-то странное творилось с природой. На небе не было туч, но луны и звезд тоже не было видно.

Черно и тихо, как в могиле. Не трепыхался ни один листочек на деревьях. По черному небу изредка проносились стрелы молний, но не слышно было громовых раскатов. Я сидела на этой самой скамейке, завороженная небывалым зрелищем.

Тогда ты и родилась, и была такой крошечной, ну прямо как Дюймовочка, но взгляд был ясный, почти осмысленный, словно ты все понимала, что происходило на белом свете. Это все.