Порождение тьмы

Горцы – знатные рудокопы и кузнецы, их железные изделия славятся по всему Средиземью. Они умны, находчивы и изобретательны…

Много времени провели в горах разведчики, взбирались на вершины доступных хребтов. В бой вступить не пришлось: отряд не встретил ни одного жителя гор.

Докладывая командующему о результатах разведки, генерал Дрон улыбался. Он ранее высказывал генералу Ургану личную точку зрения о неспособности горцев к обороне. Разведка подтвердила эту версию, и Дрон был доволен своею прозорливостью.

– Разведка, безусловно, ошиблась, не обнаружив военные укрепления горцев, без них не обходилась ни одна страна. Примем это во внимание, – заявил он безапелляционно.

Генерал Дрон сделался меньше ростом, поник головой, улыбка слетела с его губ. Если бы он мог, сделался бы совсем невидимым. Командующий на складном столике разложил карту и нарисовал на ней красные стрелы, с двух сторон охватывающие горную страну.

Урган отдал приказ генералам Дрону и Буру:

– Мне нужно, чтобы ваши отряды взяли Гиру в клещи и вынудили вождя к капитуляции.

Воинам императора давно надоело безделье, они с воодушевлением восприняли выступление. Отряд Дрона по широкому распадку, разделяющему две горы, походным маршем продвигался к длинному хребту. Одна гора на его пути не привлекла внимания генерала, ее острая вершина терялась в облачной выси, а крутые склоны были неприступны. Вторая гора с крутыми склонами на высоте около ста метров завершалась не острой вершиной, а ровной площадкой.

Воины близко подошли к основанию горы и уже взбирались вверх по крутому склону, когда на ее плоском окончании появилось человек двадцать с луками в руках. Град металлических, острых стрел обрушился на них, прошивая тела насквозь. Бойцы закрывались щитами, но стрелы их тоже легко пробивали. Большая часть отряда осталась лежать у основания горы. Оставшихся бойцов генерал отвел на безопасное расстояние, горцы не преследовали, в бою на равнине у них не было шансов на победу.

С другой стороны Гиры отряд Бура близко подобрался к горному хребту с острым гребнем, скрытым в облаках. Здесь горцев не должно было быть, однако на высоте метров двадцати на склоне хребта открывались незамеченные окна, оттуда на воинов полетели стрелы. Крики отчаяния, стоны и вопли раненых, повторяемые эхом, звучали какофонией смерти.