В чужой игре

На широкой хозяйской кровати спал только Вагин.

Садовский развернулся и побрел на кухню. Открыл холодильник. Внутри оказалась бутылка пива «Жигулевское». Вовочка торопливо открыл её и присосался к горлышку. Выпил всю, а пустую посудину спрятал под мойку. Не видел. Не слышал. Не знаю. Внутри организма моментально полегчало.

Потом он вернулся в зал. Матрос сидел, держась руками за диван. Он словно боялся улететь. Волосы вздыблены.

– Что с тобой? – спросил Садовский.

– Крыша едет, – признался Матрос. – Морг приснился.

Жмур лежит на столе, а дуборез его кромсает.

Шаркая подошвами, к ним подошел Вагин. Ну и вид тоже бывает у человека – словно всю ночь висел вниз головой, как летучая мышь. Оттого и припух.

– Ничё не осталось? – спросил он, тоскливо глядя на стол.

– Говорил, чтоб не налегали… – крякнул Матрос.

– А этот где? – спросил Вагин.

Никто не знал, где мог быть Жеребец. Взял и ускакал, пока все лежали. Матрос осторожно щупал карманы, надеясь, что никто не заметит. Напрасно старался, от Вовочки не скроешь.

Он помнит, какие конкретные бабки лежат у того внутри.

– Короче, расходимся… – решил за всех Матрос. – Потом встретимся. Не нравится мне эта хата.

Сказал, как последняя инстанция.

– А доля? Надеюсь, ты не забыл? – напомнил ему Садовский.

– За кого держишь?

– Квартира ему не нравится… Жеребец – пацан еще тот. Отошел, может…

– Причем здесь этот гнилой базар? – Матроса мелко трясло. – Деньги при мне. Шмотки продадим и поделим. Для чего сейчас деньги крошить?

Садовский играл челюстями.

На лице – улыбка, на щеках – бугры.

Входная дверь тихо отворилась, в квартиру вошел Жеребец. Вовремя явился, чуть до кулаков не дошло у товарищей.

В руках у Жеребца был пластиковый пакет.

– К столу, пацаны! Пришлось музыкальный центр толкнуть каину.

– Какому?! – для вида спросил Матрос.

– Да тут одному… Рядом живет. Гнилой весь, зараза. Четверть цены уплатил, бобер.

Жеребец поднес сумку к столу и стал выкладывать из нее продукты.

Литр водки поставил на середину. Крабовые палочки – четыре пачки – на каждого по штуке. Закусывать ими хорошо. Пару банок ставриды и четыре шпрот. Палку колбасы «Сервелат». Сигареты. Целый блок.

– Хлеба, конечно, не принес, – проскрипел Матрос

– Хлеб еще вчерашний остался. Надо доесть…

– Тогда вздрогнули. У меня серьезный к вам разговор.

Садовский вцепился в бутылку, стал крутить винтовую пробку. Резьба сорвалась.

– Дай ножик, Матрос.