В чужой игре

Мать у Вовочки, Нина Садовская, худая, жилистая, раньше работала на заводе, а еще раньше – аптечным провизором. Заботливая мать тащила с работы всё что могла: то тряпку из нетканого материала, то горсть шурупов, то мыла кусок. В хозяйстве сгодится – не пропадать же добру.

Когда-то давно жили они втроем в небольшом домике в деревне Сосновка, на краю города. Третьим в семье была Вовочкина бабушка – многодетная старуха на седьмом десятке. Внуки, бывало, соберутся – и пошли по горам, по долам. Вовочка за ними. Не отстает.

Или в карты сядут играть. Вовочка здесь же, на глазах. Жили они в деревне, пока город не подступил.

Отец его на тот момент жил далеко за городом, в рабочем поселке Силикатном. Там у него была другая семья – жена с неродной дочерью. Вовочка знал отца – тот иногда навещал их. Но Вовочка не тянулся к отцу. Слишком рано родоки разбежались.

Вторая бабка, по линии отца, жила в той же деревне. Вовочке как-то взгрустнулось, и он подался к бабе Мане в гости. Та приняла внука. Накормила, угостила конфетами.

Вовочка, милый ребенок, – даже головка на бок нагнута, как у папы, – поиграл немного на лужайке во дворе. Сходил в избу, опять вышел.

Мария Садовская была в огороде. Пришла – нет Вовочки.

«Значит, ушел домой»,– решила она и стала собираться на работу во вторую смену. Взяла сумочку, а часов нет! Улетучились часики!

Кинулась к сватье:

– Был у меня Вовочка. Больше некому. Пусть вернет часы…

«Родная» старуха заняла глухую оборону:

– Какие часы! Опять ты за старое! Приезжал, может, твой и утащил!

Вот и возьми с них.

Сватья села в подошедший транспорт и уехала на работу. А на следующий день, когда еще спала, во двор постучали. Пришли сватья с бывшей снохой и положили на крыльцо свернутую бумажку.

– Стоило из-за этого крик поднимать, – по-гусиному бормотала сватья. – По всей деревне ославила, бессовестная. Родного внука не пожалела.

– Облигации пусть тоже вернет! – спохватилась сватья. – Его рук дело. Больше некому.

– Это когда было-то?! – взвизгнула сношенька.

 – Ему всего-то в то время полгода было.

– Значит, ты их у меня утащила, когда вы разводились.

Бывшая родня поднялась на дыбы. Облигации теперь какие-то. Стукнув с размаху воротами, они пошли улицей, вдоль забора, бормоча проклятья…

Рядом с Сосновкой строился крупный промышленный комплекс, и город неумолимо приближался к деревне. Настало время, когда старухин домик снесли, и Вовочка с матерью получил отдельную двухкомнатную квартиру.