Школьная пора

Школьная пора

Николай Сизиков

Кошки живут в двух мирах с рождения. В нашем с вами и в мире теней одновременно. И непонятно, в каком из них и в какой момент они живут больше. И как выглядит этот переход между мирами для них самих? Кот Сема, живущий в заброшенной школе, каждую ночь видит призраков тех, что учился и работал в ней когда-то. И в один день перед ним встает вопрос "А из какого мира он сейчас наблюдает?"

Николай Сизиков

Школьная пора

Кошки живут в двух мирах с рождения. В нашем с вами, и мире теней, одновременно.

И не понятно, в каком из них и в какой момент они живут больше.

Сёма очнулся от дрёмы, когда солнце уже начало клониться к закату. Он встал со своего привычного места, представляющее собой стопку старых книг в мягком переплете, и потянулся, выставив передние лапы вперёд и прогнув спину. Размявшись перед охотой, он направился в подвал, где недавно присмотрел несколько свежих мышиных нор, в которых наверняка прятался его сегодняшний ужин. Заняв удобную позицию, где его видно не было, но он видел всё, принял позу, из которой удобно было совершить молниеносный прыжок, и стал ждать.

В этой заброшенной школе он поселился, как ему казалось, недавно. Кошки не ведут календарь и время для них течёт иначе; просто в его памяти воспоминания об этом месте были свежи, а что-то такое, что связано с людьми и уютным домом, было вдалеке и словно подернуто плёнкой, типа той, которая заменяла тут некоторые окна. Память была единственным инструментом, позволяющим хоть как-то измерить время, но, поскольку он был котом, это его волновало не сильно.

Ему было достаточно того, что он мог безошибочно найти дорогу из комнаты отдыха в подвал, и обратно.

Ужин не заставил себя долго ждать, высунув испуганную серую мордочку из норки и осматривая окрестности на предмет опасности. Не заметив ничего подозрительного, жертва вышла целиком и направилась вдоль стены в поисках лакомств. Тут то Сема и сделал свой отточенный опытом прыжок, и мышка была поймана. Привычным движением придушив бедняжку, Сема, сжав в зубах добычу направился в импровизированную столовую, находившуюся на лестничном пролете по пути из подвала.

Он привык спать на сытый желудок, поскольку ночные представления, которые ему демонстрировала школа, не давали ему полноценно заснуть, а уж если он был голоден, то их воздействие многократно усиливалось.

Сема не умел устанавливать возраст зданий, но судя по тому, что оно не разваливалось на глазах, сильно старым оно не было.