Татьяна

За завтраком Мишель, как иногда называли его хозяева усадьбы, был занят не столько едой, сколько ответами на многочисленные вопросы Марии Павловны о московской родне, о новых веяниях моды и кто на ком женился в последний год.

После завтрака Михаил удалился в библиотеку и углубился в изучение её содержимого. Внимание его привлёк довольно увесистый том. Книга была издана на французском. На титульном листе Михаил прочёл: «Шарль Луи де Секонда, барон Ля Брэд и де Монтескьё. О духе законов». Автор был ему совершенно неизвестен, но название книги вызвало большой интерес.

Не отнимая взора от неё, он опустился в кресло и углубился в чтение. Его поразила идея автора о разделении властей. Мысль была настолько проста и прозрачна, что он почувствовал себя первооткрывателем. Он сам думал об этом предмете, ещё будучи студентом университета. Но такой ясности мысли не достиг. Он иногда задумывался о том, что такое свобода, в чём сущность этого понятия. И поэтому сердце его учащённо забилось, когда он прочёл чеканную формулировку: «Свобода есть право делать всё, что дозволено законом».

Он отложил книгу и стал ходить по кабинету, обдумывая прочитанное. Библиотека стала казаться тесной, и он вышел в гостиную. Возле изразцовой печи на канапе сидела Мария Павловна и что-то потихоньку говорила сидящей рядом Наташеньке. Однако внимание ребёнка сразу же переключилось на вошедшего поручика. Девочка, указывая пальчиком на него, выговорила: «Дядя». От неожиданности Мария Павловна изумлённо засмеялась.

– Мишель, – спросила она, – как она узнала?

– Матрёна вчера при ней назвала меня. Иди ко мне, Наташа, – обратился он к племяннице, и поманил её рукой. Девочка, чуть поколебавшись, резво слезла с канапе и, подбежав к дяде, в нерешительности остановилась в двух шагах, с любопытством глядя в его лицо. Его поразил взгляд её больших синих глаз, в этом взгляде было нечто не по годам взрослое. Наконец, она подошла к нему и он, подхватив её неумело, как куклу, посадил себе на колени.

– Бабушка Екатерина Михайловна просила передать её поцелуй. Так прими его!

С этими словами поручик поцеловал племянницу. Она застеснялась и спрятала своё личико у него на груди. Но тотчас шустро скользнула с его колен и возвратилась к матери.

Вечером Дмитрий Акимович и Михаил удалились в библиотеку. Хозяин Богородицкого посвятил гостя в тематику дворянского собрания, с которого он приехал несколько часов назад.