Право на войну

Что же еще? Какая опасность и откуда она? Незаметно водка и дневная усталость взяли свое, он уснул.

Наутро была суббота. Он встал, как обычно – в семь. Учитывая вчерашнее возлияние, чувствовал себя он не очень хорошо, поэтому махнул рукой на обычную зарядку, сразу пошел под холодный душ. Его восторженные вскрики и покрякивания прервал телефонный звонок. Чертыхаясь про себя, он мокрыми ногами прошлепал к аппарату:

– Баня!

– Алло… Денис?

– Кирюха! Ты чего в такую рань? Случилось чего?

– Ден, привет! Не суетись, на вверенном тебе объекте все спокойно, как на кладбище.

– Ну и шуточки у тебя у тебя с утра пораньше. Или ты еще со вчерашнего дня не ложился?

– Нет, ложился. Встал пораньше, специально тебе позвонить, а то упылишь на охрану периметра, тебя не поймаешь.

– Ну поймал, поймал. Чистенького, мокренького, прямо с душа, с меня уже лужа набежала.

– В каком смысле?

– Кончай зубоскалить.

– Не сердись, старик. Звоню тебе по поручению шефа. День рождения у него сегодня, круглая дата – 60.

– Ого! Чего ж в секрете держите, поздравили бы всей фирмой.

– Не любит он всевозможной помпы. Короче, вечером собирается у нас маленький междусобойчик, родня кой-какая и батины лучшие друзья, ты – в числе приглашенных.

– Во даете! Я ж вроде ни к первым, ни ко вторым не отношусь.

– Относишься. Давай, вечерком подъезжай.

– Буду.

– Тогда иди, вытирайся. Пока. До вечера.

– Подожди! Посоветуй, что подарить?

– Нет, брат, тут сам.

Денис ехал на служебной машине к универмагу, а сам только и думал о сегодняшнем вечере. Думал, и сам себе боялся признаться, что больше всего ожидает встречи с Татьяной. Эта девушка волновала его и беспокоила, он понимал, что влюбляется. Но боялся этого. Он боялся быть не понятым ею. Ведь она совсем не такая, с какими привык общаться Денис. Что бы мысли о ней его поменьше терзали, он с головой ушел в работу.

Оставив машину на стоянке, он поднялся по служебной лестнице на третий этаж универмага, где был офис службы охраны, они с майором называли эту пару комнат – штабом.

Навстречу ему выскочили две молоденькие продавщицы. Крашеные, щупленькие и смазливые. Лена и Надя были похожи как сестры, хотя ими не были.