Северная ведьма. Книга вторая. Наследие

Марго сыпала музыкальными терминами, объясняла Морозам, как справился с партиями тенор, сопрано, меццо-сопрано, что бас «Маркиза д”Обиньи» оказался слабоват, и что, видимо, им пришлось смотреть второй состав, с чем и связаны зимние гастроли. Наталья же была в полном восторге от вечера, благодарила хозяев, и поставила Виктору условие, что они теперь станут в Ленинграде завсегдатаями театра.

На следующий день Виктор с Натальей улетели в Ленинград. Женя попрощался с ними утром и уехал на работу, а Марго провожала их до самолета.

В нужное время пришла машина и улетающих увезли в аэропорт. Прощались тепло, по- родственному. В самолете Наташа, положив голову на плечо Виктору, сказала:

– Вить, я не знаю, будут ли они нам, как родня, но друзей мы, мне кажется, приобрели.

– Посмотрим, – помолчав, ответил Виктор, – они мне тоже понравились. Я только не понял, а куда делись дядя Леня и девочки? Я их видел только один раз. В день приезда.

– А мне Марго сказала, что у них на площадке еще одна квартира, рядом.

И эти квартиры дверью соединены. Там живут дедушка и внучки.

– Да-а! – Виктор покачал головой.

– Да, мой капитан. Вот как надо жить!

Глава седьмая. Сын

Виктор прилетел в Пулково рейсом из Мурманска. Никаких вещей, кроме дипломата у него с собой не было, и он сразу направился к стоянке такси. Не спеша, задумавшись, он шел через здание аэропорта к центральному выходу. Не сказать, что мысли были невеселыми, но события последних двух дней заставляли его тщательно все обдумать.

Очень тщательно. Можно сказать, что судьба в очередной раз подводила его к черте, за которой жизнь менялась настолько, что ближайшая перспектива, касавшаяся даже не лет или месяцев, а дней, была не ясна и размыта.

По возвращению из отпуска, уже на следующий день он улетел в Мурманск. Вечером, из Ленинграда он позвонил на домашний телефон инспектору по кадрам, работающему с капитанами, поинтересовался, как обстоят дела с его новым пароходом. И не услышал ничего определенного. Инспектор юлил, уходил от прямых ответов и, наконец, посоветовал, не откладывая, явиться в Мурманск пред ясны очи начальства.

И тревога, поселившаяся в душе у Виктора после этого телефонного разговора, уже не ослабевала, а только меняла форму по мере развития событий. С каждым разом, как открывались новые обстоятельства, она не уходила и не затихала, только накапливалась, создавая у него впечатление, что еще что-то должно произойти, что еще не все ему открылось. Вот так.