Параллельное дознание

На газонный коврик перед входом в бунгало мигом вылетел черномазый Сашенька и повис у меня на шее. И прилип к моей гладко выбритой щеке пухлыми губками. Худенький, похожий лицом на Хлою и Марту. Очень активный и весьма разговорчивый парень. Он сразу принялся трещать о своих впечатлениях, привезённых от Зонгов.

Красавица Хлоя, напомнившая мне Марту тридцатилетней давности, вышла следом и скромно чмокнула меня в другую щёку. Марта же, не церемонясь, обхватила меня и Сашку длинными руками, и мы немного так постояли, изображая встречу родных век спустя после последнего расставания.

Нати ткнул меня кулаком в печень, так, слегка, и разрушил наш живой памятник. И позвал встречать незнакомых мне гостей.

Радмила взошла на голубой небосклон Аргентины как вчерашняя Урания на вечерний звёздный. Белокурая, синеокая, стройная, с серьёзным выражением лица. Уже не юная, но Наяда! Неторопливая, как будто уставшая от работы, а может быть и от жизни.

Нати протянул ей руку и помог покинуть пассажирскую улитку.

Юная Веста, как почка дерева, прилипла к маме. И тоже очень серьёзная – с печатью внутренней закрытости.

– Радмила, – представилась гостья.

– Иван.

– А это моя дочь Веста.

– Приятно познакомиться. Меня звать дедушка Ваня.

Похожая на маму большеглазая Веста кинула взгляд на меня, и я увидел, как она медленно уходит в глубину своего юного тельца. Как улитка втягивается под раковину. Нет, это не испуг, а внезапно проявившаяся отречённость от окружающего пространства и от человека, назвавшегося дедушкой Ваней.

Что-то с девочкой не так. И это не нормально. Это проблема, которую нужно решать с помощью психологов и психиатров. Это – болезнь, с которой борется Радмила Драгович.

Мила поймала мой молчаливый вопрос и кивнула, выплеснув на меня голубую печаль.

– Доктор Серж Седов посоветовал мне обратиться к вам…

– Мой сын – мудрый парень.

– К сожалению и он бессилен. А на вас он указал, как на последний шанс.

– Последний шанс? Надеюсь, что это не шутка?

– И я – очень надеюсь…

Марта, Мила и Хлоя с детишками начали хозяйничать в доме, а Нати принялся руководить мной.

– Поможешь мне выгрузить из улитки транспортное средство госпожи Драгович! – прорычал Нати и бесцеремонно подтолкнул меня, наполненного мыслями о психическом состоянии девочки Весты, к платформе. – Вчера эту фигню нам подкинули телепочтой. Персональный спейс-телемобиль госпожи Драгович.

В данный момент со мной можно делать всё, что угодно.