Дневник пилота Машины времени. Сборник повестей и рассказов

Появляться перед Линкером, минуя стражу, как перед тётей Агриппой, было небезопасно. Здесь требовалась официальность…

Я открыла скрипнувшую калитку у дома Фроловых и подошла к уже знакомым мне ступенькам. Из окон дома пробивался яркий электрический свет. Смело постучала в дверь…

Рослый пожилой солдат, пахнущий дешевым одеколоном и сапожным кремом, отворил дверь и молча впустил меня в освещённый керосиновой лампой коридор. Смешно прищурившись, он стал рассматривать меня, буквально с ног до головы.

– Ты есть кто? – спросил солдат, закончив поверхностный осмотр незваной гостьи.

– Фрау Николь Депрези де Фо, – по-немецки, но с французским прононсом ответила я.

Солдат немного помолчал, а затем, открыл дверь в дом и пригласил войти.

В доме светло и очень жарко. В просторном помещении без перегородок находятся ещё трое военных и знакомые мне Анастасия Филимоновна и Танюша Фроловы.

Солдаты, в том числе и ефрейтор Липке, сидят в левом углу за широким квадратным столом и ужинают. Над ними сияет прикреплённая к потолку электрическая лампочка.

Хозяева дома Фроловы ютятся на низеньких табуретках по другую сторону натопленной печи – чистят картофель. От печи исходит неистовый жар.

– К нам пришла прекрасная незнакомка, – сказал встречавший меня немец.

Трое за столом одновременно прекратили трапезу и обернулись.

Ефрейтор Липке первым остановил начавшую развиваться «сцену молчания».

– Шпрехен зи дейч?

– Я хорошо говорю по-немецки.

– Пожалуйста, назовите себя и скажите, что вам нужно.

– Николь Депрези де Фо. Врач. Меня разыскивал господин Линкер.

Мужчины помолчали, не приступая к еде, но и не встали из-за стола, что бы представиться. Как-никак, перед ними незнакомая женщина.

– Таня! – крикнул ефрейтор.

Танюша Фролова выбежала из своего угла и остановилась рядом со мной.

– Таня, эта фрау проводить к гер Линкер!

– Да! – негромко сказала женщина и робко кивнула, осеняя себя крестом.

Ефрейтор и солдаты одновременно приступили к ужину и уже не обращали на меня внимания. Встретивший меня немец с равнодушной миной на лице присоединился к компании.

Перед уходом из дома я «заглушила воспоминания» обо мне у присутствующих, в том числе и у Анастасии Филимоновны.

Танюша не произнесла ни слова за время пути к дому Симоновых.