Николай Самохин. Том 2. Повести. Избранные произведения в 2-х томах

И столы остаются горбатые.

И так происходит неоднократно и часто.

Но после всего этого мы с Гришкиным делаемся стреляные воробьи. Нас теперь на мякине не проведешь.

Приходит, скажем, кто-то из сотрудников и говорит: – Интересная и отрадная новость! В нашем городе будут строить метро!

Я незаметно толкаю в бок Гришкина. Гришкин незаметно толкает в бок меня.

– Совершенно точно, – соглашаюсь я, – с кондиционированным воздухом.

– С фонтанами, – подмигивает Гришкин.

– С бесплатными марципанами, – не унимаюсь я.

– Гы-гы! – веселится Гришкин.

В другой раз приходит Подкидной

– Вот это, – говорит, – да! Слышали? Скоро ожидается два выходных в неделю!

Я незаметно толкаю в бок Гришкина.

Гришкин незаметно толкает в бок меня.

– А как же, – поддакивает Гришкин. – И шестимесячный отпуск!

– И каждому трудящемуся персональную яхту, – говорю я.

– С фонтаном! – хихикает Гришкин.

Или приходит тот же Файнберг и начинает бессовестно заливать: читал, дескать, один журнальчик и там написано, что каждые сто лет температура в нашей местности повышается на два градуса.

Я выразительно смотрю на Гришкина и негромко посвистываю.

Гришкин смотрит в угол и тоже посвистывает.

– Вы чего? – спрашивает Файнберг.

– Ничего, – говорю я и незаметно толкаю в бок Гришкина. – Устарели твои сведения. Уже наблюдается таяние льдов на Северном полюсе. И даже вырос первый подснежник. Гришкин начинает трястись от смеха.

…А позавчера Файнберг влетел к нам и заорал: – Что вы тут сидите! В буфете марципаны продают! Тут мы с Гришкиным не выдержали.

– Сейчас я дам ему по шее! – сказал Гришкин.

– А я ему ноги переломаю! – сказал я

– Ну и черт с вами! – обиделся Файнберг и ушел, хлопнув дверью. А марципаны в буфете, действительно, продавали. И весь коллектив нахватал марципанов.

А коллега Файнберг нахватал марципанов две авоськи.

А нам с Гришкиным марципанов не досталось.

На другой день приходит Гришкин.

– Слушай, – говорит он.

– Ну, – отвечаю я.

– Третьего дня, помнишь… Файнберг тут про градусы врал?

– Ну и что? – спрашиваю я.

Гришкин помолчал и говорит:

– Вот я и думаю: может, правда, будут тропики?

СТРАШНАЯ МЕСТЬ

Машкин долго вертел в руках рубль, хмыкал, пожимал плечиком и смотрел на меня прозрачными глазами бессребреника.

– Ну, что ты жмешься?! – не выдержал я. – Бери! Твой это рубль.