Победитель

Конечно, вполне возможно, что этот договор и не проживет десятки лет, но в настоящее время он нас вполне устраивает. А когда в Галактике изменится политическая обстановка, тогда и станем принимать новые решения.

В первый момент Ольга вроде бы даже испытала разочарование.

И не удивительно – наверняка мысль выйти за принца Бруно далась ей нелегко. Государственные решения легко не даются, а тут было именно такое решение.

Потом она просияла:

– Ну и слава богу! Не могу сказать, Миркин, что я прямо так уж рвалась к нему в жёны.

Осетр снова опешил.

– А… а… а зачем это тебе?

Она показала ему язык:

– Помнится, кто-то обещал мне, что я непременно буду присутствовать при взятии в плен этой сволочи Бедросо.

– Ничего такого я тебе не обещал! – замахал руками Осетр. – Я сказал «Подумаю». А обещал я тебе, что ты непременно будешь присутствовать при освобождении сестер.

– Ладно, посмотрим, – сказала Ольга. – Во всяком случае, я не собираюсь находиться во дворце Вершителя в качестве экскурсанта. Почему бы мне и не научиться защищать себя? Думаю, из Найдена выйдет неплохой тренер.

«А почему бы и нет? – подумал Осетр. – Уж лучше влюбиться в тренера, чем в родного брата! Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало».

Он вспомнил о том, что случилось после возвращения свахи из Фрагербритского Союза.

А ведь Ольга, пожалуй, в те дни пережила настоящую трагедию.

Он-то тогда, за государственными заботами и в силу мужицкой толстокожести, отнесся к ситуации весьма легкомысленно. А, пожалуй, зря!

У женщин на первом месте – чувства и только чувства. Даже у таких, как Ольга. Не докумекал он, определенно не докумекал…

Ладно, пусть себе занимаются.

Боевые единоборства не просто дают возможность сломать врагу шею, они еще и неплохо дисциплинируют.

– Добро, учись защищать себя, сестренка!

Ольга подскочила и чмокнула брата к щеку.

– Я знала, что ты не будешь против, Миркин. Честно сказать, мы уже два дня занимаемся.

– Занимайтесь, занимайтесь. Но надеюсь, Найден не станет от ваших занятий хуже справляться со своей работой?

– Не станет, не станет! Он весьма разносторонний человек. Не зря же ведь «росомаха»? А правда, что он несколько раз спасал тебя?

– Правда.