Победитель

И, кажется, Осетр догадывался о причинах.

Отвечать стоило немедленно, дабы Отто понял, что его крик о помощи по-настоящему услышан.

Подобно фрагербритцу, Осетр не стал надевать парадный мундир – разговор вели два друга, а не высокопоставленные государственные лица.

Через четверть часа к Вайсбургу ушло ответное прямое послание. Также в режиме видео.

«Ваше величество! – глядя прямо в камеру, проникновенным тоном говорил император Остромир Первый. – С глубокой озабоченностью узнал об исчезновении моей невесты.

Росские спецслужбы немедленно подключаются к розыскам. Прошу вас дать соответствующие поручения своему правительству. Спешу заверить, что моя страна, в свою очередь, крайне заинтересована в скорейшем подписании договора о дружбе и взаимной помощи между Росской Империей и Фрагербритским Союзом. Это тем более важно, когда у нас с вами появился новый противник».

И пусть его величество фрагербритский король убедится, что россы теперь знают не только об исчезновении принцессы Розалинды.

Точнее, конечно, не россы, а только их император. И не знает, а лишь догадывается.

Но иногда догадка оказывается весьма и весьма полезной. Не менее, чем прямое знание.

Через четверть часа руководители росских спецслужб получили высочайшее указание о немедленном подключении к розыскам принцессы Розалинды.

А еще через пару часов Найден доложил, что Вайсбург вызывает императора Остромира Первого на прямой сеанс связи.

На видеопласте снова появился фрагербритский король – уже в режиме реального времени.

После взаимных раскланиваний на галактосе он объяснил:

– Ваше величество, я решил немедленно поговорить с вами, чтобы между нами не возникло недопонимания. Скажу сразу, я до сих пор не знаю, что произошло с моей дочерью. Мои спецслужбы разыскивали ее на всей территории Фрагербритского Союза и за ее пределами. Никаких следов! Поначалу я подумал, что моя дочь сама сбежала из столицы. Как у вас говорят, попала вожжа под хвост, так по-моему?.

.

Осетр кивнул, но не проронил ни слова.

– Дело в том, что Розалинда исчезла прямо из дворца. Вечером легла спать в своих покоях, а утром ее и след простыл. Потому я и решил, что она сбежала, подкупив должностных лиц охраны Нимфенбурга. Однако если бы исчезновение оказалось собственной дочкиной затеей, мы бы отыскали ее без особых проблем. Однако ничего не получилось. Караульные охранники были очень серьезно допрошены.